– Эмма… – Я поцеловала подругу в щеку и ободряюще пожала ей руку, пытаясь понять по выражению лица, что с ней происходит. Успев рассмотреть красное пальто и крупную пряжку, почувствовала приступ вины за свою глупую ошибку в Корнуолле, за то, что позволила этой ошибке выбить меня из колеи. Пальто было производства фирмы «Боден». И их было, должно быть, сотни в Корнуолле…
– Мне жаль, что последние несколько дней я была так занята. Вы же помните про ужин в среду? Тогда и поговорим. Хелен с нетерпением ждет встречи с вами.
– Да. Это очень мило. – Натан уставился на свою обувь, неловко переступая с ноги на ногу. Я поняла: его, по-видимому, интересует, почему я приглашаю их в середине недели, когда Марка не будет дома. И уже хотела было объяснить, что хочу устроить прием, пока Хелен еще не уехала, но передумала. Объясню всё в среду.
– Ты видела, кто здесь? – Голос Эммы звучал настороженно.
– Да. Хизер сказала, что она здесь со своей подругой-художницей. Стенд с циновками или что-то в этом роде… Так что визит неофициальный.
"
"– Ах, вот как… Немного странно, не находишь? Кажется, что они с Томом – приятели. А я и не знала…
В этот момент позади нас раздался звук электрического мотора. Обернувшись, мы увидели механизированную инвалидную коляску, двигавшуюся к центру шатра. Все отошли в сторону, и очень загорелая женщина, сидевшая в коляске, проехала в сопровождении высокого седого мужчины к стенду Королевского общества, где, к моему еще бо́льшему удивлению, поприветствовала детектива-инспектора Сандерс крепкими объятиями.
Потом их представили Тому, который скоро уже тряс обеим руки. Он подвел их к карте, на которой указал два или три места, прежде чем передать кучу проспектов со стола.
– Что там происходит? – Эмма выглядела и озадаченной, и в то же время озабоченной.
– Не имею ни малейшего понятия. – Я сжала ее руку и улыбнулась: мне было неприятно видеть ее такой взволнованной и не нравилось, что некоторые из жителей нашей деревни оказались такими недалекими. Темные волосы и ярко-красное пальто – на мгновение мне пришло в голову, как потрясающе она выглядит.
Зависть. Да, зависть. Видимо, в этом был корень всех ее проблем с людьми.
– Послушай, я пытаюсь уговорить Эм уйти. Эта женщина и так уже доставила ей кучу неприятностей. А из того, что я слышал, следует, что Том нам не очень помогает… – Голос Натана срывался, а сам он был явно зол.
– Что ты этим хочешь сказать? – Я бросила взгляд на Тома. – Я думала, вы с ним друзья…
– Да. Вернее, были ими.
