Это (не) ваша дочь, господин маг

И замолкаю…

Она сидит в трёх метрах от меня, а рядом лежит…

— Боже… — накрываю ладонью рот. — Фоэрт…

Пошатываясь, поднимаюсь на ноги и иду к ним, но ноги не слушаются. Сердце застывает в груди осколком, когда я вижу Фоэрта Кана, лежащего неподвижно на земле. А рядом с ним сидит малышка.

Срываюсь на бег к ним. Поднимаю с земли дочь, которая трёт глаза, размазывая по щекам слёзы.

— Дай я посмотрю, милая, — говорю ей и опускаюсь на колени.

Сердце начинает биться так сильно, что, кажется, ломает рёбра. Осторожно поворачиваю голову Кана к себе трясущимися руками и вздрагиваю всем телом, когда вижу, как из уголка рта течёт кровь.

И вдруг замечаю её везде: она сочится из носа и ушей. Судорожно сглатываю, паника и дикий страх охватывает. Лихорадочно сжимаю его плечи и отчаянно трясу.

— Фоэрт… Очнись, Фоэрт, пожалуйста.

Но глаз он так и не открывает, я с ужасом наблюдаю, как его лицо стремительно бледнеет.

Я слышу, как плачет Кери за моей спиной, и не могу ничего сделать. Как помочь, как привести в чувство? Дрожащими пальцами касаюсь его прохладной кожи, сглатывая подступивший ком в горле, слёзы застилают глаза и замутняют зрение.

Опускаю ладонь на его грудь, и внутри меня холодеет, когда я не чувствую ударов сердца.

Меня как будто что-то бьет, больно, хлёстко, я не хочу, чтобы вот так всё закончилось. Нет.

— Нет!

Не помня себя, я начинаю делать массаж сердца, отчаяние и онемение отнимают силы, их не достаточно, чтобы помочь. Боже, это я, всё я, это всё из-за меня!

Не останавливаюсь, видя сквозь пелену, как скулы становятся бледнее.

За паникой и лихорадкой я не сразу понимаю, что кто-то подошёл и пытается убрать мои руки. Я отчаянно отмахиваюсь, не видя ничего перед собой.

— Адалин, успокойтесь, отойдите, пожалуйста, дайте мне, прошу, — говорит настойчиво кто-то.

Я замираю и через туман страха узнаю Гранта. Он здесь. Здесь, Эварт Грант.

— Помогите, у него не работает сердце, — шепчу сбивчиво, хрипло.

Маг быстро скидывает пиджак, сложив руки на груди Фоэрта, принимается резко с силой нажимать в область груди.

Его лицо сосредоточенно, и по кистям мужчины начинает разливаться золотистого цвета магия, которая даёт сильные разряды.

Кажется, что время прекратило своё существование, и всё растянулось в вечность: ужас, смятение, страх, отчаяние и боль. В этом я тонула. В какой-то момент Грант останавливается, а потом берёт свой пиджак с земли.

— Помогите, — просит он, и я тут же подступаю.

Грант приподнимает голову Фоэрту, а я кладу пиджак.