Это (не) ваша дочь, господин маг

И всё-таки моё сердце сжимают тиски, ведь он действительно её…

— Поговорим об этом дома, Кери, хорошо? — глажу её по мягким волосам, я должна ей объяснить, что у законника такая работа и он помогает нам вовсе не потому, что мы ему нравимся."

"Пока Кери надевает кофточку и собирает краски, я переговариваюсь с Габорой, у которой нет никаких жалоб. Теперь, когда у меня появилось место работы, я могу её отблагодарить. Хотя мысль о том, что я буду работать в доме законника, всё ещё не укладывается в голове.

— Что вы, госпожа Ридвон, не нужно, — сжимает мою ладонь с купюрами женщина.

— Вам ещё пригодятся деньги, оставьте себе, меня нисколько не тяготит, что я сижу с малышкой, даже наоборот — это солнышко скрашивает мои будни. Если уж так хотите, отблагодарите потом, когда действительно сможете.

— Габора, я знаю, что у вас тоже затруднительное положение, пожалуйста, примите, тут не так много, как мне хотелось бы, но, пожалуйста, возьмите, для меня это важно.

Всё же кое-как удаётся оставить плату.

Муж леди Эдисон находится в лечебнице, и я понимаю, как необходимы сейчас средства, чтобы оплачивать лечение. Я безумно благодарна, что Габора с радостью согласилась присматривать за Кери и дальше, пока я буду находиться на работе.

Выйдя из дома няни, мы решаем прогуляться до дома пешком, тем более, тут недалеко, а малышке хорошо бы подышать свежим воздухом.

А я, неспешно шагая, снова обдумываю встречу. Уже завтра я приступлю к своим обязанностям, сейчас нужно приготовить подходящую одежду, утром завести Кери к Габоре, заехать в бюро и подписать документ, успеть к завтраку в Вигфор.

Мысли о заботах отвлекают, и теперь я чувствую не только спокойствие, но и уверенность, которая придаёт мне силы действовать.

«Да, нужно выкинуть из головы всякие мысли относительно того, что я буду работать у своего адвоката, по сути, это мне не должно мешать зарабатывать деньги на жизнь».

За размышлениями я не замечаю, как мы доходим до гостиницы, где к вечеру поднимается такой гам, что слышно даже через стены нашей комнаты.

Постояльцы после рабочего дня собираются в общем зале, чтобы пропустить кружку-другую пенного. На речи они не скупятся, и порой слышны грязные ругательства и гогот. Поэтому, чтобы Кери не слышала этого всего, я как можно скорее преодолеваю двор и поворачиваю к дому, где находится на втором этажа наша съёмная комнатушка.

Выходя к крыльцу, я замечаю мужчину у входа. Острое внутреннее предчувствие тут же бьёт тревогу.