Пот выступает у меня на лбу и между лопатками. Рука сжимает свечу так, что та ломается. Касаюсь губ Кристины пальцами, она тут же облизывает их и сосет.
— Я хочу твою девочку, Демьян, — произносит Аиша так, словно мы обсуждаем объект за ее спиной.
— Я тоже ее хочу пиздец как, — отвечаю.
Кристина всхлипывает, обнимая себя.
Оставляю ее рот и тянусь за новой свечой.
Воск растекается по нежной коже разноцветными узорами, Крис терпит тепловое воздействие, заходясь в наслаждении, которое усиливается пропорционально количеству пролитого секрета.
Я совсем не художник, но сейчас воображаю, что рисую ее удовольствие. Она полностью расслабляется и, уже не стесняясь, громко стонет. От ее женственных, чувственных вскриков, от выражения лица и приоткрытых губ у меня нутро воспламеняется. Периодически мы с Аишей переглядываемся, и я качаю головой: рано.
Пах каменный, я дышу через раз, чтобы удерживать контроль над ситуацией.
Когда доходим до низа живота, когда красные капли чертят линии на лобке и пропитывают кружево, меня триггерит на кинк — невинность.
— Какая непорочная девочка.
Воск стекает от согнутого колена по внутренней части бедра, Кристина жалобно хнычет, сжимаясь. Я просовываю руку под тонкие стринги, накрываю сладкую влажную киску, начинаю тереть. В этот момент Крис кончает впервые за вечер.
— Дёма, боже, Дёма… — шепчет сдавленно, двигаясь.
Я наклоняюсь и говорю:
— Это только первый.
— Демьян…
— Встань на колени, — произношу строже.
Аиша подходит ближе, впервые за вечер как-то обозначив свое присутствие.
Тянется к моей руке и облизывает пальцы.
Теперь воск рисует узоры на лопатках и ягодицах Кристины. Моя девочка прогибается в спине, горячая и жаждущая."
"Аиша идет в душ. Я приспускаю штаны и вхожу в Кристину сзади. Та отзывается тихим поощрительным вздохом. Я начинаю толкаться, а она до белых костяшек стискивает руками простыню. Выгибается сильнее, оттопыривая обалденную попку, принимая и сжимая меня внутри. Дурею. Жадно беру ее тело под звуки душа за дверью, упиваясь тем, как эта девочка кончает подо мной раз за разом.
Раз за разом.
Такой расслабленной и горячей я Крис еще не видел, этот кураж подхватывает и поднимает на новую высоту. Каждая клетка горит и молит, а потом получает вознаграждение в виде долгого, жгучего оргазма. Он собирает все эмоции — плохие и хорошие, жуткие и яркие, все страхи и радости, абсолютно все, из чего я состою и что держал в себе в последние недели — в тугой узел и разрубает их всплеском наслаждения.
