— Но в два раза меньше будет совсем иначе смотреться! — умоляет одуматься Тамара. — Я, конечно, могу принести, только…
— Совсем иначе, — трогательно шепчу я, хлопая ресницами.
— Я отошел буквально на минуту! — делано вздыхает мой хакер.
— Я буду плакать. Горько. В свой день рождения. — Понижаю голос и добавляю: — Прямо при тете. — Киваю на консультанта.
Баженов злобно прищуривается и сверлит глазами. Даже в таком состоянии он невероятно притягателен. Настолько, что я сама рядом с ним другая. Смелая, наглая! Самой себе нравлюсь.
Демьян злобно шепчет:
— Ты мне даже не сосешь, птенец.
Тамара, что отошла за другим кольцом, резко оборачивается — услышала. Я закрываю ладонью рот и укоризненно качаю головой. Баженов чуть смущается и объясняет уже громко:
— В смысле она не моя девушка. У меня другая есть.
— Две.
Брови консультанта ползут вверх.
— Они друг о дружке знают, — быстро парирует Демьян.
Тут уже удержаться невозможно — хохочу вслух! Баженов подмигивает, и я плавлюсь, как сырок, под его обаянием.
Тем временем приносят кольцо с камнем в половину карата. Примеряю, Демьян скептически рассматривает украшение. Вновь сжимает мою ладонь.
Прошивает как в первый раз. Да господи, сколько можно! Мы так весело шутим и подкалываем друг друга, у меня фантастическое настроение. К чему эта неуместная похоть? Рука у него теплая, пальцы длинные, ровные, ногти подстрижены. Как назло. Не за что зацепиться и расстроиться.
— Тоже очень красиво, — хвалю я.
— Надень-ка еще разок предыдущее, — мягко просит Демьян.
На самом деле я шутила и, конечно же, не позволю ему купить мне такое дорогое украшение! Но почему-то нервно слушаюсь.
Баженов пристально рассматривает кольцо на пальце. Тамара уже открыто нами умиляется.
— Скидок нет?
— Если купите кольцо, кулончик из коллекции идет за полцены, — находится она.
— Заворачивайте, — сдается Баженов.
— Эй, я пошутила! Дёма!
— Тамара, пожалуйста, — просит он безапелляционно.
— Конечно!
— И тогда кулончик! — восклицаю, хлопая в ладоши.
— Я сама заплачу за него, не волнуйся.
Но на кассе Баженов полностью оплачивает счет, и мне вручают две элегантные коробочки. С чистой совестью обнимаю своего героя крепко-крепко, изо всех сил. В благодарность.
Впервые я сама себе выбрала украшение. Отец дарил сережки только в детстве, я из них давно выросла. Марк выбирал на свой вкус, что-то пафосное для выхода в свет, да и все осталось в его сейфе. Я ушла в чем есть, и получить обратно хоть что-то пока не вышло.
