Это снова ты

Как далеко можно зайти в желании никого не ранить? Как долго можно сжимать нож, держа его за лезвие, а не за рукоять? Как сильно нужно обесценивать себя и свои чувства, чтобы раз за разом ставить на пьедестал потребности других? Что от тебя тогда останется?

Выхватываю взглядом Диму в толпе парней. Он зачарованно смотрит на танцующую пару, почти не моргает и даже не замечает, что его свеча, в отличие от остальных, не горит. Жертвы, геройство – это почетно, красиво, но если ты позволишь своему пламени погаснуть, отдашь другим все, что есть, то… Ты исчезнешь, растворишься в их тенях и затеряешься там.

Тяжесть в груди нарастает, торопливо возвращаюсь к столу, беру сумочку и выхожу на улицу. Недолго брожу по внутренней территории и, найдя тихий уголок, достаю телефон. После моей просьбы о паузе Дэн не писал и не звонил мне ни разу, а вот Женьку в покое не оставлял. Она уже должна вернуться в Краснодар, и, больше чем уверена, Денис помчится к ней с расспросами. Хватит! Эти игры надо закончить, и я сделаю это сама. Фомушкина не обязана разгребать дерьмо за меня, пора перестать прятаться за фасадом милой и доброй девочки. Перестать притворяться. Важно не просто учиться принимать неприятную правду, но и говорить ее в лицо, не ища обходных путей и не устилая все вокруг перинами лжи, в которых червей больше, чем пуха.

Набираю номер подруги. Пара гудков, и бодрый голос раздается из динамика:

– Привет! Уже соскучилась?

– Привет! Ну конечно! Как добралась?

– Хорошо, – настороженно отвечает Женька.

 – Ксю, ты там синяя, что ли? Или случилось чего?

– Нет, я почти не пила. Просто…

– Что?

– Дэн тебе уже писал, звонил?

– А как же, – хмыкает подруга, – мы встречаемся через час.

– Не ходи. Я поговорю с ним сама, когда вернусь. Это не твои заботы.

– О! Слышу твердость в голосе.

– Это она.

– Тебе идет. Как там обстановка?

– Все отлично.

– А Морозный?

– Ужасающе прекрасен, но я держусь, и он тоже.

– Молодцы, – ободряюще произносит Фомушкина. – Торт мне привезешь?

– Вряд ли доедет! Пива привезу и рака.

– Одного?!

– Так уж и быть, прихвачу парочку, – смеюсь я.

– Вот спасибо, дорогая подруженька! – она мастерски играет манерную дамочку.

– Побегу, пока меня не потеряли.

– Главное, что ты себя нашла, – в ее интонации нет ни издевки, ни шутливости, только тихая задумчивость, будто Фомушкина и не со мной говорит вовсе.

– До понедельника, Жень. Не лютуй там без меня. Ладно?

– Как будто я могу лютовать с тобой.