Мы сидели в открытом кафе на тарасовском Арбате, мимо которого сновали озабоченные житейскими делами горожане.
— Ага, — кивнула я, доставая сигареты."
"— Тогда сделаем следующим образом, — Олег начал делиться со мной своим планом, — ты мне составишь график твоих уходов и приходов домой на ближайшие два дня, остальное я беру на себя. Возможно, ты даже не заметишь моих хлопцев, но не волнуйся, они всегда будут рядом.
— Да я не волнуюсь, — усмехнулась я, — ты что, забыл, с кем имеешь дело?
— Не забыл, — немного смутился Олег, — но все-таки двое киллеров, да еще два водителя, которые, возможно, тоже будут вооружены…
— Да все будет в порядке, Олег.
— Можно подумать, что это меня собираются убивать, — он пожал плечами, — ладно, мне пора. Не забудь график, — он не позволил мне заплатить за обед и, попрощавшись, отправился на работу.
* * *Ободренная таким пониманием и заступничеством, я поехала на встречу с Кожуховым. Вмешательство в дело Стригунова было мне весьма полезно именно тем, что могло избавить меня от разборок с гвардией Пал Василича в момент, когда я буду занята другим, более важным, делом.
Ибо я чуяла, что вся эта катавасия имеет более глубокие корни, чем просто сведение счетов с неугодным предпринимателем, убитым на поляне, или что-то в этом роде.
На Димку Кожухова можно было положиться. В школе и потом, учась в юридическом, он не выпячивался, не задирал носа, но всегда стремился помочь, если, например, кто-нибудь обращался к нему за консультацией. У Димки была миловидная жена, очень женственная и терпеливая, дочка, которая посещала детсад.
В общем, он был обычным человеком. Единственное, что его отличало от многих ему подобных сверстников, это дьявольское прилежание и целеустремленность. Отсутствие странностей и чудачеств компенсировалось этими ценными жизненными качествами, делая Димку надежным партнером и хорошим семьянином. Он всегда радовал глаз армейской выправкой, чистой рубашкой с галстуком, ладно сидящими на нем брюками и пиджаками и приветливым выражением на лице.
Я даже подшучивала над ним: мол, не похож ты, Дима, на прокурора, больно лицо у тебя мягкое и добродушное.
Димка ждал меня за круглым столиком в глубине зала. Единственное, что я успела, отправляясь на «свидание», это подушиться недавно купленными духами, снять бейсболку, поправить волосы и расцвести улыбкой. Он тоже заулыбался, увидев меня.
— Привет, сто лет не виделись, — он подался ко мне, и на миг мне показалось, что мы сейчас поцелуемся.
— Рада тебя видеть.
