Это всё ты

Осязая себя в реальности, которая, увы, ничуть не лучше сонного бреда, понимаю, что тело мокрое от пота, а лицо – от самых настоящих слез.

Проходит немало времени, прежде чем мне удается подняться, чтобы привести себя в порядок.

А потом… Только я восстанавливаю энергию, которую потратила в душе, родители проводят в мою комнату Святика.

– Лекарство прибыло, дочь, – юморит не в тему папа.

«Ахаха», – звучит в подсознании голосом Яна, вынуждая меня покраснеть.

– Оставим детей, – улыбается заговорщицки мама.

К сожалению, я не могу возразить.

"

"Они выходят, а Свят шагает к моей кровати. Присаживаясь, кладет мне на колени тяжелый и освежающе прохладный букет кремовых роз. Касаясь лбом моего лба, нежно обнимает.

– Надеюсь, это не из-за меня, – шепчет, проникая внутрь меня нотками какого-то сожаления и раскаяния.

– Что?

– Ты заболела…

– Нет… Конечно, не из-за тебя.

Для самой себя как-то странно и очень горько хмыкаю.

Святик прижимается крепче.

– Прости, что накричал на тебя вчера и что усомнился из-за этой чертовой крови в том, что ты говоришь правду.

Сам не знаю, что на меня нашло, – изливает душу, как всегда, открыто и искренне. А я ощущаю новые уколы боли, вины и стыда. – Прости, ангел. Тупо психанул, признаю. На ровном месте. Мне очень жаль. Долго ждал встречи, а потом расстроился, что ценное для меня время так бессмысленно израсходовано. Но я не хотел тебя обидеть. Это… Это первая наша ссора, и мне после нее было ужасно хреново. Я глаз не сомкнул.

Машинально скольжу ладонью по тонкому пуловеру, чтобы обнять Свята в ответ.

Он не понимает, что своими словами лишь усиливает мои страдания. Однако это тот случай, когда и не должен понимать.

– Все хорошо, – шепчу и целую его в щеку.

Пусть хоть кому-то из нас станет легче.

– Ты не обижаешься?

– Нет.

– А почему у тебя выключен телефон?

– Просто… Разрядился, наверное. Батарея на нуле была еще ночью, но я поленилась искать зарядку.

– Давай, поставлю.

– Нет, – спешу удержать, потому как Усманов уже поднимается. Может, это наивные мечты, но есть допущение, что при включении могут прийти какие-то сообщения от Яна.

– Просто посиди со мной, Свят. Мне больше никто сейчас не нужен.

Это так неосторожно. Так нечестно. Так головокружительно обманчиво.

Но Свят улыбается. А это… Это, несомненно, хорошо, пусть мне теперь не дышится, не спится.

– Конечно, ангел. Я к тебе на весь день, если не прогонишь...

– Ну, ты что… – толкаю задушенно. – Никогда не прогоню.

И что-то с треском ломается за ребрами.