Это всё ты

А головокружительную растерянность.

Но Ю не размыкает век.

Удерживая ее рукой, мягко глажу большим пальцем по щеке.

– Сожми губами и пососи, зай… Так, как ты делаешь с чупсами…

Ресницы Юнии приходят в нервное движение. Оно настолько всполошенное и наэлектризованное, что возникает опасение, будто может случиться трескучее замыкание.

Но глаза заи не открываются.

Расширяются ноздри на вдохе. Происходит естественное сокращение, когда сглатывает. Спазмируются некоторые мышцы лица.

А потом…

Юния робко выполняет требование.

Сосет мой член. Делает это всего один раз. Один, сука, раз, и я кончаю, едва успев вытащить запенившийся шланг изо рта Ю. Не думаю, что она готова ко вкусу спермы, но нечаянно она с ней знакомится. Можно сказать, вскользь. Основной поток я с гремящими стонами маньячеллы сдрачиваю на ее прекрасные сиськи. Когда член опадает, использую вязкую жидкость как крем. Втираю Ю в кожу. Таким примитивным путем мечу ее, словно какой-то долбанутый собственник.

Юния после этого пребывает в таком шоке, что даже не плачет.

Я сам ни хрена сказать не способен. Сгребая, с особым трепетом прижимаю к груди. Глажу и целую, показывая, как много для меня значит эта ночь. Едва возвращается дар речи, говорю о любви, которая сейчас так разрастается, что попросту не умещается внутри.

Когда несу в ванную, ее сердце все еще продолжает колотиться на разрыв. Мою ее сам. Глажу. Без конца целую. Именно на этот чувственный контакт она отзывается лучше всего. Пьем с губ друг друга талую воду.

Ласкаемся языками. Когда немеют губы, переключаюсь на шею Юнии. Неторопливо прохожусь по тонкой коже.

Чуть позже падаем обратно на измятую постель. В спальне так остро пахнет сексом, что этот природный афродизиак тотчас вызывает волнительную дрожь и мурашки по всему телу.

– Что ты делаешь, Ю? – спрашиваю с улыбкой, когда она перекатывается на живот и прикрывается от меня рукой. Кулачок прижимает к губам и напряженно смотрит в глаза. Не отвечает, пока скольжу пальцами по спине.

– Удобно? – ухмыляюсь шире.

Предполагаю, что прячет от меня свои прелести. Но ответ еще круче, чем я могу вообразить.

– Я сейчас усну… Не хочу, чтобы ты входил, когда это случится…

Тихо смеюсь, игнорируя боль, которая разливается в паху.

Черт, я не могу столько возбуждаться. Я же двинусь!

Если еще не двинулся…

На мгновение прикрывая глаза, ощущаю резь, словно успел их травмировать. Перед мысленным взором столько всего за эти секунды проносится.