В общепринятом понимании Вайд не тот муж, о котором можно мечтать: вечно пропадает где-то, решая что-то, бывает нервным, да и красив, и женщины разных возрастов по-прежнему нагло вешаются на него. Но при всем этом он надежен, как скала, заботлив – всегда приносит что-то вкусненькое или изящное для нее, и когда смотрит на нее своими голубыми глазищами, Еву затапливает нежность.
То, насколько он ее ценит, сквозит во всем, и не дай бог кому-то сказать о ней что-то плохое…
— Вот-вот: все слишком хорошо для нашей шебутной семей… — Ева осеклась, и пирожное, которое молодая женщина съела недавно, соблазнившись, вдруг поднялось к горлу.
Ева кинулась на кухню, но там над тазом уже стояла Лив, поэтому Ева схватила первую попавшуюся под руку миску.
Пирожное вышло. Вайд поскорее подал жене воды, а Ева, сев на табурет, стерла со лба выступивший пот.
— Сестри-и-ичка, — протянула Лив, внимательно глядя на Еву, — а ты, часом, не в положении?
Вайд замер.
Замерла и Ева. И, выдохнув хрипло, обратилась к мужу:
— А вот теперь все действительно идет лучше некуда!"
