Не то что теперь…
– Что-то изменилось? А почему?
– Да неважно. Но тогда помнишь ведь, какое было время? Сплошь разруха. Нужно было практически с нуля восстанавливать все железнодорожное хозяйство.
– Помню, – кивнул Кудрявцев. – А что твой отец? Мне казалось, специалисты такого уровня и профиля были нарасхват? Многие ведь уехали, сбежали от советской власти.
– И тем не менее вплоть до своей кончины папа оставался безработным. Дядя Степан считает, роковую роль сыграл тот факт, что юнкера и офицеры училища, среди которых были и ученики папы, участвовали в юнкерском восстании.
Даже штаб восставших располагался в стенах училища.
– Странно, я никогда не слышал об этом.
– К осени 1917 года в училище находилось около сотни юнкеров-новобранцев. 24 октября всех их направили к Зимнему дворцу, но мальчишки отказались защищать его.
– Молодцы! Правильные парняги!"
"– Да, вот только пять дней спустя, 29-го, они же приняли участие в восстании, имевшем целью подавить большевистский переворот.
– Что значит «переворот»? – нахмурился Кудрявцев.
– Революцию!
– Извини, я оговорилась. Просто папа всегда считал, что… Впрочем, это неважно… Помнишь гениальную песню Вертинского? «Я не знаю, зачем и кому это нужно?» Она ведь и про этих мальчишек тоже.
– Если честно, я Вертинского и все его упадничество того… не шибко.
– А кого из поэтов ты… «шибко»?
– Есенина. Маяковского люблю. Блока.
– А Блок, по-твоему, не упаднический?
– Нет, конечно. «Революционный держите шаг, неугомонный не дремлет враг!» Где ж тут?
– Ну это совсем поздняя его вещь.
А вот когда он только начинал… Ты даже представить не можешь, Володя, сколько в России людей сошло с ума или покончило с собой под впечатлением стихов Блока.
Елена задумалась, вспоминая, и с неподдельной грустью процитировала:
…У нас не хватит здравых силК борьбе со злом, повсюду сущим,И все уйдем за край могилБез счастья в прошлом и в грядущем.– Надо же! Это что, его?
– Да.
– Хм… А вот нас в школе, в Петрозаводске, учили…
– Я догадываюсь.
Но меня, по счастью, учили не в школе.
Кудрявцев хотел было пошутить по поводу последней фразы, но, подняв глаза на Елену, осекся и поспешил уйти от скользкой «культурной» темы. Дабы более не демонстрировать своей дремучести.
– А в каком году умер твой отец?
– В 1923-м.
– А от чего? Вроде не такой и старый был?
– Формально от туберкулеза. Хотя порой мне кажется, что к тому времени папа смертельно устал и просто не захотел жить дальше, – голос Елены надломился.
