— Дуй-ка ты на бак, пока боцман с тебя шкуру не спустил!
Джек торопливо взлетел по трапу вслед за Гинзелем и остальными матросами — и оказался в самом центре бури.
В черных тучах грозно грохотало, ворчание моряков заглушал ветер, без умолку свистевший в снастях. Остро пахло морской солью, в лицо бил колючий ледяной дождь. Не успел Джек все это почувствовать, как корабль накрыла гигантская волна.
Джек мгновенно промок насквозь. Под ногами вспенилось море, потоки воды потекли с палубы через шпигаты. Пока парень лихорадочно глотал воздух, на корабль обрушился еще один ревущий вал.
На этот раз Джек не устоял на ногах, и его едва не смыло: в самый последний момент он успел ухватиться за поручень.
Ночное небо прорезала ослепительная молния и ударила в грот-мачту. На секунду весь корабль засиял призрачным светом, и стало видно, что на трехмачтовом торговом судне царит полная неразбериха. Матросов раскидало по палубе, словно щепки. Группа моряков боролась с ветром, отчаянно пытаясь убрать грот, пока его не разорвало или, что еще хуже, пока не опрокинуло весь корабль.
На полуюте третий помощник, гигант семи футов ростом с огненно-рыжей бородой, повис на штурвале. Рядом стоял капитан Уоллес, суровым голосом выкрикивая команды, которых никто не слышал: ветер уносил слова прежде, чем они успевали долететь до чьих-нибудь ушей.
Кроме капитана и помощника на полуюте был еще один человек: могучий моряк высокого роста с каштановыми волосами, стянутыми на затылке ремешком, — отец Джека, Джон Флетчер, штурман «Александрии».
Он не отрывал глаз от горизонта, словно пытался пронзить взглядом бурю и высмотреть безопасный причал.
— Эй, вы! — Боцман показал на Джека, Гинзеля и пару других матросов. — А ну наверх! Отдать фор-марсель!
Матросы рванулись через главную палубу к фок-мачте. Неожиданно сверху на них обрушился огненный шар — он летел прямо на Джека.
— Берегись! — крикнул один из матросов.
Джек, уже побывавший за время путешествия в нескольких настоящих переделках, инстинктивно пригнулся.
Его обожгло порывом горячего воздуха — огненный шар с воем пронесся мимо и упал на палубу. Вот только упал он совсем не так, как падает пушечное ядро: без ужасающего треска дерева, разбиваемого железом. Послышался глухой, безжизненный стук — будто тюк сукна уронили."
"Чувствуя нарастающую тошноту, Джек неохотно опустил взгляд: никакое это не ядро. Перед ним лежал пылающий труп матроса, в которого ударила молния.
