Юсупов. Серое Братство

Я лишь покачал головой и принялся собирать со стола пустую посуду.

Глава 16

Новые загадки

После ужина я решил откланяться, оставив дядю смотреть телевизор в гостиной. Родич сыто улыбнулся и уточнил:

— А что за пациент был у тебя на дому? Кто-то их ветеранов, который не захотел светиться в лекарне?

— Не совсем. Это был один эстрадный артист…

— Высший избави, — воскликнул Петр и осенил себя священным знаком. — Неужто к нам заглянул кто-то из этой братии?

— Какой «этой»?"

"— Василий, вот иногда ты меня поражаешь своей наивностью.

Ну сам посуди, кто из приличных людей станет работать лицедеем? И не артистом театра или кино, которых еще можно назвать порядочными людьми. А теми, кто трясет всяким на сцене, да по кабакам песни распевает за денежку.

— Какие глупости, — я покачал головой. — Тебя послушать, так в империи почитай нет порядочных людей. Ну, кроме военных и лекарей.

— Если ты решил, что я всю твою лекарскую братию причислю к годной части населения, то это ты зря, — буркнул старик.

— Так ты же по ящику своему смотришь этих самых лицедеев.

И ничего тебя не смущает.

— Одно дело смотреть на этих бесноватых по телевизору. А совсем другое — тащить их в дом. Этот самый эстрадный не в моем ли кресле сидел? — подозрительно осведомился Петр.

— Не в твоем, — успокоил я его.

— Надо почистить то место, которое он своим седалищем осквернил, — упрямо заявил родич.

— Ты ведь даже не знаешь, что за артист был у меня, — вздохнул я.

— Ясное дело, кто-то из богатых. Потому как приехать домой к душеправу себе не каждый позволит, — легко догадался Петр.

— И скорее всего светить мордой не хотел. Натворил чего-нибудь гадкого, а теперь решит снять груз в душонки своей нелепой. Угадал?

Я решил не спорить и кивнул.

— А он случайно не выступал недавно в цыплячьем костюме? — напряженно уточнил старший Юсупов. — Если так, то после него можно гостиную спалить, чтобы заразы не подцепить.

— Это лекарская тайна… — начал я и тут же заговорщически добавил, — но не он. И поверь, все прививки у моего пациента сделаны.

— Хорошо, если так, — вздохнул дядька и включил телевизор.

На экране появилось лицо Федора Борисовича, и я даже икнул от неожиданности.

— Вот еще один мракобес, — проворчал дядька, не заметив моей редакции. — Этот, как мне кажется, еще и спереть что-то может.

— С чего ты взял?

— Морда у него бандитская. Вот смотрю на него и понимаю, что он при встрече руку позолотить попросит. Или предложит купить у него почти не ворованную лошадь.