Полки и витрины заполняли действительно женские штуки: карманные зеркальца, пудры и краски для лица, бигуди, заколки, ленты. От разнообразия глаза разбегались.
– Не хотите что-нибудь купить?
– Честно говоря, я не покупаю, а продаю.
Глаза продавщицы округлились.
– И что же продаете?"
"– У меня есть чудесные шпильки для волос, – я полезла в сумочку. – Бусы и сережки. Мой брат был ювелиром в Керлиге, от него мне достались лавка и мастерская. Я планирую восстановить их работу, а пока ищу дополнительные места, где можно сбывать товары.
Мне нужны надежные и серьезные компаньоны.
Я решила не ходить вокруг да около и хвататься за любой шанс. Старалась говорить серьезно, при этом избегая сложных иномирных формулировок. Если получится, оставлю свои украшения в разных лавках, а потом буду сравнивать, где лучше продается, честно ли платят владельцы. Тогда и решу, с кем продолжать работу.
– Вашим братом, случайно, был не Малкольм Зорвир? – женщина сощурилась.
– Он самый, – я вздохнула.
– Болезнь забрала его несколько месяцев тому назад.
– Соболезную, милая. Вижу в вас некое сходство. Господин Зорвир был настоящим мастером, самые знатные жители города заказывали драгоценности только у него.
– Я продолжу семейное дело. Но у меня не золото с драгоценными камнями, а разные приятные женскому сердцу мелочи. Думаю, они будут хорошо смотреться в вашей лавке. Они по карману горожанке с любым достатком.
– Значит, смотри, милая, – она напустила на себя деловой вид.
– Как тебя зовут?
– Танита.
– Хм, не знала, что у Малкольма есть сестра. Но мы с ним и не были близко знакомы. Я госпожа Мерден, сдаю полки в аренду мастерам, половину дохода забираю себе. Вот тут косметика, тут шкатулки от очень хорошего резчика. Взгляните, эти сумочки шьет мастер по коже. Мы с ними работаем уже давно, стали почти родственниками. Я сама по себе не конфликтная, не жадная, плачу всегда честно.
Я разложила на прилавке свои богатства, позволяя хозяйке все как следует рассмотреть.
Ее заинтересовали четыре шпильки для волос, две из которых украшали кабошоны из нефрита, а две – омедненные листья дерева гинкго. Еще она взяла несколько простеньких медных колечек с камнями и без, бусы с цетрином и речным жемчугом, и три подвески.
– Помогите мне определиться с ценами, – попросила я. – Сколько местные модницы могут дать за эти вещи.
Госпожа Мерден наморщила брови и потерла лоб.
– Ну, если вы мне доверяете…
– Доверяю.
