Ювелирная работа

Я жду важный телефонный звонок с западного побережья Соединенных Штатов. Поэтому и распорядился, чтобы нам накрыли столик в отеле.

– В отеле? – напряженно переспросила девушка.

– Прости, Элоиза. У меня не было желания смущать тебя. Ты вольна отказаться. Но я на днях улетаю… Поэтому надеюсь, ты согласишься пойти на незначительные уступки со своей стороны.

Элоиза помедлила с ответом, анализируя его доводы. И, чтобы не прослыть беспричинно пугливой, сказала:

– Да, хорошо.

Маркус Коварис, как ему и подобало, проживал в лучшем отеле Лондона.

– Говорят, на крыше этого отеля отличный ресторан, с площадки которого открывается великолепный вид на ночной Лондон, – поделилась информацией Элоиза Смит.

– Мне это известно, поскольку это мой отель, – невзначай бросил Маркус."

"– В каком смысле? – не поняла она выражения «мой отель».

– Я его владелец, ибо я его купил, – растолковал Маркус Коварис.

– Неожиданная новость, – проговорила она.

– Мой этаж, – сказал мужчина, когда створки лифта бесшумно утонули в стене.

– Я полагала, мы ужинаем в ресторане… – растерялась девушка.

– Там шумно… Да и негоже владельцу трапезничать с постояльцами, – авторитетно объявил Маркус.

Он повел ее по коридору, вежливо поддерживая под локоть. Напряжение Элоизы возрастало с каждым шагом. Это был особый этаж – с минимумом дверей, к одной из которых подвел ее Маркус.

Он отворил дверь своего номера. Элоиза оказалась в скудно освещенном холле, за которым виднелись гостиная и столовая.

Маркус провел гостью к элегантно сервированному на двоих столу. Девушку приятно поразила изысканность его убранства. Стол застилала льняная скатерть исключительного качества. По бокам прозрачных фарфоровых тарелок покоились старинные серебряные вилки и ножи. Хрусталь сверкал и переливался, лаская глаз игрой бликов.

– Желаешь помыть руки? Ванная здесь, – Маркус махнул рукой в глубь номера. – Располагайся, а я пока распоряжусь насчет ужина.

Его приказание официанты выполнили мгновенно.

– Я допустил непозволительную грубость по отношению к тебе, – неожиданно заявил он вместо того, чтобы произнести тост.

– Правда? – удивилась Элоиза. – Я и не заметила.

– Я до сих пор не сказал, как ты сегодня прекрасна!

– О, благодарю! – рассмеялась девушка. – Ты реабилитирован.

– За возобновление нашей дружбы! – произнес он тост, поколебав ее самообладание.