— Нам сюда…
Глава 8
Дыра в стене, совершенно неожиданно для меня, вывела нас в лес… Я настолько привыкла к тому, что за стенами любой крепости, и любого города, которые я видела, находится защитная полоса, тщательно очищенная от любой растительности, что немного растерялась и удивленно закрутила головой, пытаясь разглядеть окрестности… Но нет, глаза меня не обманули, за стенами обители, выходившими на противоположную от морского берега сторону, на самом деле располагался совершенно обычный лес. Никто не позаботился о том, чтобы обезопасить монастырь и расширить обзор дозорных, дежуривших на крепостных стенах.
Некоторые деревья, вообще, выросли так близко к стене, что их ветки распластались вдоль, не сумев пробить брешь в каменной кладке.
— А почему вы не срубите эти деревья? — вырвалось у меня невольно.
Олира, шедшая чуть впереди по узкой, едва заметной в темноте тропинке, обернулась и удивленно посмотрела на меня.
— А зачем? Они же никому не мешают… Стены обители укреплены магией, и деревья не смогут их разрушить.
"
"Я кивнула и замолчала. Понятно, что Монтийскую Епархию от врагов снаружи защищает магическая стена. Но неужели за все время обособленного существования у них не было никаких внутренних проблем, которые могли бы привести к столкновениям, между монастырями? Даже у нас, в Грилории, иногда случались внутригосударственные конфликты и столкновения отдельных городов между собой. Такое происходило, конечно, довольно редко: последний раз это было при моем прадеде, когда Ургородские матери повздорили с соседним Святогородом за заливные луга на берегу реки, расположенные ровно посередине между двумя городами.
Каждый считал, что эти места испокон веков принадлежали именно им. Словесный конфликт очень быстро перерос в драку, а потом и осаду Святогорода. Моему прадеду пришлось вводить войска, чтобы успокоить соседей. С тех пор заливные луга, согласно указу короля, каждые десять лет переходил от одного города к другому.
— У нас никто не спорит по поводу территорий, — ответила девочка на мой невысказанный вопрос.
— Вся земля в Епархии принадлежит Великому отцу, и все отцы-настоятели действуют только по его воле. Ежемесячно проводится Собор, во время которого принимают постриг юноши и девушки, достигшие возраста зрелости, а каждый отец-настоятель проходит беседу с инквизиторами. Если в их головах появились сомнения в верности Великому отцу, то такие мысли тщательно искореняются…
Произнесла она это равнодушно и заученно, как строчку из учебника.
