Любимица же Тейлора перлась на всех парах, словно не замечала, сколько суеты поднялось вокруг нее.
– Идиотка! Она же сожрет нас всех! – закричал Кросби, собираясь метнуть новый файербол, но кто-то из местных накинул на него парализующую сеть.
Нейтрализующее заклинание достигло магического снаряда и мало-помалу начало гасить его. Я держала сжатыми кулаки и молилась про себя, чтобы огненный шар не пробил барьер. Холодный пот выступил на лбу.
Прошла секунда, другая… Настал момент истины.
Защитное поле при соприкосновении с файерболом лишь слегка озарилось. Все закончилось успешно. От перенесенного волнения я чуть не осела на землю. Но Алма находилась уже в метре от меня и при большем сближении повела себя привычным образом: встала на задние лапы, передними оперлась о плечи и с радостным поскуливанием пару раз прошлась языком по моей правой щеке.
– Привет, моя хорошая! Я тоже по тебе соскучилась!
Я заключила ее в объятия и крепко прижала к себе.
Раньше мы могли простоять так несколько минут, пока у меня не затекало тело, но сегодня Алма повела себя странно – резко отпрянула, пересекла огромный внутренний двор, взлетела по лестнице и прошмыгнула в приоткрытую дверь. Хотя я не слышала ни свиста, ни зова. Может, ментальная команда? Иначе с чего она вдруг ушла? Значит, магистр Моррис, или, правильнее сказать, Рейнольдс, все-таки здесь. Тогда почему не вышел?
– Теперь мне стало немного ясно, где ты пропадала одно время и почему от тебя так разило псиной.
Обиженный голос лучшей подруги прервал цепочку моих размышлений. Только тогда я заметила, что стала объектом пристального внимания собравшихся. У многих дозорных на лицах застыли вопросы: кто я, что здесь делаю, а главное, откуда знаю Алму?! Они не могли не знать, кем был ее хозяин."
"Даже лэр Лонаган пришел в смятение от увиденного. Его не меньше других взволновала моя персона. И только двое свидетелей случившегося, Рейчел и Алекс, сейчас не разделяли их тревог.
У блондинки был шок, а Кросби по-прежнему находился под воздействием нейтрализующей сети.
Понимая, что должна что-то предпринять, я виновато посмотрела Генриетту и пожала плечами. Сказать в оправдание мне было нечего. Да и не смогла бы. Дело даже не в печати молчания, просто я не имела права выдавать чужую тайну.
– Ну что встали, как памятники? Взяли вещи и за мной! И пошевеливайтесь.
