– Простите, если обидела вас… просто многим кажется странным, что на должность главы безопасности поставили именно вас.
На мгновение в кабинете повисла мучительная тишина. Тейлор сверлил меня взглядом, от которого хотелось укрыться. А затем произошло то, чего меньше всего я ожидала:
– В качестве наказания с этой минуты и до конца месяца вам запрещается без веской причины покидать крепость. Разрешение на отлучку можно будет получить только у меня. Данное распоряжение я немедленно передам всем караульным и начальникам смен.
Вы свободны."
"Краска вмиг сошла с моего лица, глаза защипало от слез. Я часто заморгала, не позволяя им пролиться. Только не при нем!
– За что? – гулко сглотнув, еле слышно прошептала.
На ответ рассчитывать не стоило, тем не менее лэр Рейнольдс озвучил его:
– Вы позволили себе слишком много. Ничто, даже мое особое отношение, которое я проявлял в последнее время, не дает вам права забываться, не говоря уже об этих нелепых подозрениях. А теперь покиньте кабинет.
Я оторопело смотрела на Тейлора и понимала, что он не шутит.
Холодность в его глазах убивала. Слезы грозились пролиться с минуты на минуту. Осознав, что сейчас самое время уйти, на негнущихся ногах поплелась к выходу. В голове пульсировала единственная мысль: «Что на него нашло?!»
– Младший дозорный Кёртис, – внезапно окликнул он меня.
В надежде услышать извинения или получить шанс все исправить я повернулась и спросила:
– Да?
Принц кивком указал на стоявшую в углу метлу и все так же холодно вымолвил:
– Вы забыли свой веничек.
От этой фразы мне стало и вовсе не по себе. Сердце, казалось, было разорвано на части. Но ни физическую, ни душевную боль показывать при нем я больше не собиралась. Расправив из последних сил плечи, взяла метлу и покинула кабинет.
В коридоре меня поджидала Рейчел. Видимо, желание позлорадствовать было столь велико, что блондинка не удержалась и воспользовалась выпавшим перерывом.
– Долеталась, птичка! Похоже, твои дни здесь сочтены, – отравляющие душу слова сочились из ее губ, а в глазах не было ничего, кроме ненависти, смешанной с пренебрежением.
– Но не думай, что кто-нибудь из наших станет по тебе скучать. Все только вздохнут с облегчением.
Меня вмиг охватила такая вспышка гнева, что я с трудом сдержалась, чтобы не наброситься на Саливан. Но проглотить обиду не смогла:
– Я покину границу только после тебя, гадюка. И смотри, не захлебнись собственным ядом, а то ты им прямо брызжешь уже.
