Неужели опасность для жизни не миновала?
– Не смейте даже думать о смерти! – выпалила я, пытаясь за злостью скрыть страх. – Хотите сказать, я зря вас штопала?
Принц вымученно улыбнулся.
– Прости, что вынудил заняться ненавистным шитьем.
– Стежки вышли неровными, – виновато прошептала в ответ.
– Забудь о них и выслушай меня внимательно. Пожалуй, чтобы у тебя сложилась полная картина, мне придется начать рассказ со дня своего рождения. Для моего отца любимым числом является число три, поскольку сам родился третьего числа третьего месяца.
С первых дней женитьбы он заявил моей матери, что у него должно быть ни больше ни меньше трое сыновей, и распланировал жизнь каждого наперед...
– Ничего себе заявка, – потрясенно протянула я, ненадолго прервав Тейлора.
– Для старшего сына самой судьбой была уготована роль престолонаследника, на второго отец возложил миротворческую миссию, организовав политический брак. Уверен, тебе известно, что мой брат Дулитл женат на единственной дочери императора Батерлии – нашего извечного врага.
Мой третий брат уже не один год занимает должность главного казначея страны. Как видишь, отец всем своим детям нашел применение. Но вопреки его убежденности родился я, четвертый лишний... У него на меня не имелось планов, поэтому моим воспитанием всецело занималась мама, тем временем как к другим сыновьям отец ее не подпускал. Мне было позволено делать все, что угодно. Наверное, пожелай я пролежать всю жизнь на кровати, так и случилось бы.
– Но почему? Неужели Его Величество не любит вас? – возмущенно спросила я и прикусила язык.
Похоже, вчерашний случай меня ничему не научил.
– Я бы так не сказал, – Тейлор закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. – Отец ни разу не поднял на меня руку, ни разу не повысил голоса или обозвал каким-то плохим словом. Просто он не проявлял ко мне интереса ни в детстве, ни в юности. Не посвящал в государственные дела, не знакомил с министрами. Дарил подарки на каждый день рождения, но вечно путал, сколько лет мне исполнилось.
Глядя на своих братьев, окруженных вниманием и заботой Его Величества и вовлеченных в политическую жизнь империи, со временем я начал думать, что чем-то невольно огорчил отца и должен заслужить его прощение, заставить гордиться мной. В итоге всерьез взялся за знания, чуть ли ни день и ночь обучался бою на мечах, стал тем, кем я есть сейчас.
Тейлор замолчал. То ли хотел отдышаться и собраться с силами, то ли размышлял, что рассказывать дальше.
