Вон какая муть поднялась, – констатировал шеф.
Маша на его звонки по-прежнему не отвечала. Но Петров пока особо не переживал: всему нужно время. Маше тоже нужно время, чтобы обдумать ситуацию и остыть. Однако к вечеру нервы Петрова не выдержали, и он отправился к дому своей женщины.
В семь вечера Маши дома ещё не было. Он долго жал на кнопку звонка и понял, что лучше подождать в машине. В семь тридцать – нет. В восемь вечера – нет. И только в восемь тридцать Машина «Мазда» въехала во двор.
Женщина вышла, достала из багажника два больших пакета с продуктами и с усилием потянула их на себя.
– Женщина, тебя не учили, что для переноски тяжестей есть мужчина? – ворчливо произнёс Петров, забирая из рук Маши пакеты.
Маша, вздрогнув было от неожиданности, тут же успокоилась, увидев Петрова, и с сарказмом ответила:
– А вас, мужчина, не учили, что подходить со спины опасно? Я ведь и пнуть могла неслабо.
– Иди уже, воительница вредная, – по-прежнему ворчливо ответил Петров.
– Ты можешь, – согласился он. – Как только жила с таким характером?!
– Сын не жалуется, а мнение других мне по фигу.
Молча они поднялись до Машиной квартиры, и она остановилась, демонстративно не собираясь приглашать Петрова к себе. Тот понял, но поступил неожиданно. Молча забрал из Машиной руки ключи, молча открыл дверь, молча внёс пакеты и молча закрыл дверь изнутри, когда Маша с непроницаемым лицом всё же вошла в собственную квартиру вслед за Петровым.
А вот потом он резко и тесно прижал Машу к стене прихожей и, уткнувшись носом за ухо, с болью прошептал:
– Соскучился страшно! Прости, Маш! Прости! Ты не должна была всё это видеть и слышать.
Я разберусь и всё наладится. Только, кажется, это лишь начало.
– А я хотела сбежать от тебя и от твоих девок. Спрятаться, чтобы не нашёл, – призналась Мария, не в силах оттолкнуть от себя мужчину.
– Глупая, – поцеловал её Петров. – Куда ты теперь от меня денешься? Ты моя женщина. И девок никаких теперь нет.
Ты одна у меня. Только дай мне время со всем разобраться.
– Разбирайся, Саш, но я к вам не вернусь.
–И не надо…
Разговаривать между поцелуями было неудобно. Они оба соскучились и обоим было наплевать на правильность поведения. Так что очнулись они поздно вечером в Машиной постели.
– Пакеты! – воскликнула Маша. – Мясо потекло! Мороженое растаяло! – метнулась она в прихожую и услышала за спиной тихий смешок Александра.
