Бывает, надкусишь кусочек, и в воздухе появляется ни с чем несравнимый запах."
"Запах зеленых яблок - аромат безграничного счастья.
Улыбнувшись сама себе, я сложила свою невероятную находку в рюкзак. Для яблок время еще придет, например, отпраздную переход на сторону Севера. Все остальное оставила, решив организовать себе небольшой пир. Что-то откладывать на потом, кроме яблока, смысла я не видела. Не поем сейчас, сил на это потом у меня просто не останется. Глупо умирать от голода с едой в кармане. Вот я и ела.
Мясо отложила на последнее. Оно было сухим и жестким, так что хватило его надолго. Постепенно разжевывая кусочки, я наслаждалась вкусом.
Думать, чьё это мясо, мне не хотелось.
Глава 2
Наевшись, я снова впала в сонное беспамятство. Туман укутывал, словно теплое одеяло. Где-то послышался шорох и покатился камешек, но открыть глаза уже не смогла. Веки отяжелели, словно чугунные.
Мне снилось подземелье гуронов.
Мрак и постоянная вонь немытых гниющих тел. Крики и стоны, плачь мужчин, потерявших всякую надежду на спасение.
Они плакали, умирая, а умирали они долго. Гуроны умели пытать неделями и месяцами, пока жертва не сходила с ума от боли и отчаянья.
Эти твари питались страданиями, поглощая их, впитывая в себя. Я снова видела мерзкие рожи. Разрисованный красной краской лоб, выкрашенные в черный цвет губы. Лысые черепа блестели от масла, которое те наносили на кожу. Женщин было сложно отличить от мужчин, разве что они были злее и безжалостней. Внешне же отличий практически не было.
Мерзкая во всех отношениях раса.
Лишенные магии они оказались сильными энергетическими вампирами. Гуроны могли обойтись без еды долгое время. Но лишить себя вкусной живой энергии боли и страданий, казалось для них невозможным.
Будучи практически полудикими варварами, представители этой расы необычайно умны. Их извращенный мозг способен найти выход из любой ситуации. Поэтому не было крепостей и городов, которые бы не могли завоевать гуроны. Они открывали любые врата и двери.
Безжалостные наемники, которые брали плату не золотом, а пленными. Угоняли мужчин, женщин и детей.
Сколько я пробыла у них в плену, не знала. Там, в подземельях, невозможно было отследить время, месяц, год или десятилетие. Там был лишь мрак и отчаянье. Просидев долгое время в камере, я морально приготовилась к смерти, но она снова побрезговала мною.
Гуронам я была нужна как переводчик. Каким-то непостижимым образом к ним в руки попали книги северян.
