Кадетский корпус. Книга десятая

Стратегическое значение города было трудно переоценить, однако к удивлению генерал-майора Паскевича наместник Кавказа не торопился штурмовать крепость и даже наоборот всячески этому препятствовал. Нет на словах он только поддерживал посланца из столицы, но опытный военачальник чувствовал самый настоящий саботаж.

Его небольшой корпус хронически страдал от перебоев со снабжением снарядами, амуницией и даже провизией. Техника, которую увозили на ремонт вглубь русских территорий, вообще не возвращалась, под разными предлогами сроки капитального ремонта оттягивались до бесконечности, а в нескольких случаях тыловики и вовсе ссылались на то, что самоходные пушки и танки были разбиты отрядами дикарей на горных перевалах.

По началу московский генерал принимал все за чистую монету, но чем дальше заходило дело, тем больше вопросов у него появлялось.

Как и положено граф Паскевич обратился за помощью к старшим товарищам, губернатору Астрахани барону Фридриху фон Дибичу-унд-Нартену и генерал-лейтенанту Ермолову.

Однако немец высокомерно проигнорировал докладную записку коллеги, а Кавказский Лев вместо того, чтобы благородно бросится на помощь соотечественникам, презрительно посоветовал лучше работать с местными эмирами и старейшинами, дескать одной силой в этих горах ничего не добиться, нужно быть не только воином, но и политиком.

Доля правды в этих словах была, только вот опытный граф приехал на Кавказ с четкими инструкциями и не понаслышке знал, что дипломатические методы работы с местными уже давно исчерпаны, или даже не так, российские сотрудники МИД вычленили здоровую, договороспособную часть, достигли с ней полного взаимопонимания и теперь лишь осталось военным путем закрепить проделанную титаническую работу ведомства светлейшего князя Лопухина и смежников из СИБ и других министерств, которые выстроили работу в торговле, промышленности, логистике и многом другом…

Однако предпринятые меры, влитые в мероприятия миллиарды рублей к ожидаемому эффекту не приводили, отдача мизерная, а проекты исполнялись долго, трудно, а зачастую и вовсе проваливались.

Специальные эмиссары, порученцы всех уровней и даже аудиторы Счетной палаты возвращались с Кавказа ни с чем. Всегда находились объективные и субъективные причины неудач. Тогда свою попытку поправить ситуацию по высочайшему повелению сделал князь Юрий Иванович Трубецкой, на тот момент занимавший высший армейский пост генерала-фельдмаршала Российской Империи.