Кадетский корпус. Книга вторая

Разворачиваюсь, вовремя, зверь уже на земле, четыре лапы пружинисто отталкивают тяжелое тело и прямо на меня несется полцентнера мышц, когтей, клыков и первозданной ярости!

Но я тоже зол, шесть раз мою плоть разрывали на куски, шесть раз я падал ниц и униженно кричал от боли, шесть раз я позорно бежал! Собираю свою волю в кулак, щедро зачерпываю из объединенного источника струи энергии, не делая разницы между маной и духовной праной, все это одним комком вылетает от моего солнечного плетения навстречу атакующей росомахе.

Облако сталкивается с тяжелой тушей хищника. И о чудо! Зверь как будто налетел на бетонную стену, грозный полет нелепо прерывается, и охотник осознает, что стал дичью. Не мешкаю, формирую второе облако и бью сверху вниз, так чтобы противник окончательно приник к земле. Гигантская росомаха в униженной позе, голова и передние лапы прижаты к земле, хвост опущен, я победил?

Нет! Сука! Нет! Это показное смирение, он меня обманул. Седьмой раз мою плоть разрывают когти… Мана почти закончилась, пузырь почти обнулил «источник», а та, что полилась в ауру на берегу, была потрачена на два удара.

Зачерпываю остатки, там в основном энергия, отвечающая за развитие ауры, по идее за пределами духовного тела работать не должна, но мне все равно, бью чем могу…

В глазах зверя вижу удивление! Что это было? Откуда такой эффект? Время вышло ухожу на старт.

— Брат? — формируется в моей голове чужая мысль, образы зверя непривычны и сумбурны, но в них есть смысл!

— Хмм… ну привет, братишка, — внутренне улыбаюсь, драка обернулась неожиданным приобретением, правда предстоит еще разобраться с даром «Тайги».

Виктория как обычно наблюдала за своим первым и определенно самым странным подопечным. Соколов не давал девушке заскучать на протяжении всех испытаний. Даже сейчас, когда он вырубился после странного свечения, оставалось чувство подвоха. Казалось, Михаил вот-вот проснется и затеет очередную авантюру.

Однако в этот раз парень забылся всерьез и надолго, оно и понятно, неодаренного «огонь» от аномалии должен был мучать не слабее настоящего пламени, как будто заживо сжигал.

Постепенно не высыпавшаяся последние сутки операторша стала клевать носом, сама не заметила, как откинула спинку кресла и сладко засопела. Проходящий мимо Владислав Степанович взглядом приказал одной из помощниц накрыть бедолагу пледом и не будить.