Кадетский корпус

Болдыревы хотели бороться, писать, обращаться к Императору, но мама слегла с раком, и судьба Сани оказалась в руках главы кланы. Он выделил деньги на лечение и сейчас от парня зависела сколько проживет его единственный родной человек. Груз страшный, но маленький боец держался, и даже старался сохранить остатки родовой чести.

Пока Петр отлеживался в больничке, а потом и вовсе укатил домой зализывать свое раненое эго, Саня свободно вздохнул. Как же он ненавидел тупого, задиристого и при этом слабого одноклассника.

Своей агрессией, грубыми приставаниями к девчонкам, а теперь еще и амбициям он постоянно провоцировал драки. Держать весь первый курс, вот же дебил, даже в классе не совладать с командой Агвана, а есть еще Бодаевский, Елагин… Ууу… придурок слишком много о себе возомнил.

Однако сердце подсказывало, что беззаботное время подходит к концу. На физ-ре Болдырева вызвали в жилой кампус, что могло случиться? У дверей стояла пара клановых бойцов, плохой признак.

Неужели что-то с мамой? Саня уже подготовился к худшему, но в комнате сидел отец Петра, ненавистный глава клана Москалевых, упырь каких поискать. Мужчина по-хозяйски занял одну из кроватей и что-то листал в планшете. Даже головой не повел, когда парень вошел в комнату, по-барски закончил дело, а потом изволил говорить.

— Садись, сынок, в ногах правды нет, — улыбнулся взрослый, но Саню эта показное радушие не обмануло.

— Здравствуйте, — вежливо поклонился он, присаживаясь на самый краешек стула.

— Ты помнишь кто оплатил твое лечение? — худшие ожидания Болдырева оправдались.

— Да, господин, это сделали вы, — только смирение и собачья преданность, по-другому нельзя иначе маме будет плохо, этот урок Саня усвоил навсегда.

— А кто оплатил ваш кредит и спас имение? Кто тратит огромные суммы, чтобы поддержать здоровье твоей матушки? — продолжал разоряться Москалев, — Но чем ты, Саша, платишь мне за доброту? Мой сын, которого ты обязался защищать, с тяжелыми травмами лежит в больнице!

— Господин, я сделал все что мог, — попытался оправдаться юный Болдырев.

— Значит этого мало! — рубанул глава клана, — Твоя мать жива, а пользы от этого немного!

— Господин, я просил Петра не ввязываться в драку с такими сильными противниками, — Саня со страху за матушку наговорил лишнего, понял, замолчал, но слишком поздно.