Кадры решают всё

– Ты получишь официальное приглашение от личного секретаря Теодора, – с едва заметной улыбкой сказал Биэль, – поверь, это совершенно удивительный сотрудник, такой ответственный — это что-то с чем-то!

– Он человек? – с еле-еле заметным пренебрежением спросил посол. – Люди очень редко бывают действительно ответственными. Хотя не исключаю, что лорду Теодору просто повезло.

– Нет, это не человек, – покачал рогатой головой Биэль и неожиданно предложил, – попробуешь угадать? Если не сможешь — с тебя пять лучших скакунов из твоей конюшни.

– Какой странный спор, но я согласен, – довольно потёр руки посол, а Тео усмехнулся: все знали, что демоны азартны почти в той же степени, что и обидчивы.

– Итак, – Биэль оглядел столпившихся вокруг людей и нелюдей, – у тебя три попытки угадать, кто же является секретарём ректора Холверта. Одна попытка уже была, и мы выяснили, что он не человек.

– Может быть, было бы правильно дать лорду Аш-Триэру какие-нибудь вводные? – спросил желающий быть справедливым Тео.

– Теодор, не мешай мне зарабатывать для Академии легендарных скакунов из знаменитых конюшен Аш-Триэров, – негромко рассмеялся демон, и по залу пронёсся восторженный женский вздох. Тео прекрасно понимал придворных красавиц: Биэль был… демонически хорош!

– Имя я могу узнать? – хитро прищурился захваченный спором посол. – Это вполне допустимая подсказка.

– Имя, пожалуй, можно, – подумав, согласился Биэль, – его зовут Хантер Макферс Кеннет Скотт О’Тул Миллер.

– Из аристократов, значит, – задумчиво почесал рог Аш-Триэр, – имя совершенно не демоническое, значит, вряд ли из наших. У аристократа была бы приставка Аш… Позволю себе предположить, что этот удивительный господин принадлежит к достойному уважения роду гномов.

– Увы, мой друг, – засмеялся Биэль, запрокинув голову, и восторженные дамские вздохи сменились тихими стонами, – от гномов у этого господина секретаря только скупость и занудство. Вторая попытка тоже не удалась.

– Кто? – Аш-Триэр с откровенным недоверием покосился на Теодора, который шутливо развёл руками, мол, я не виноват — он сам пришёл.

– Дракон, – любезно пояснил Биэль, а Харви насмешливо фыркнул, – стихи сочиняет — закачаешься! Всё больше про любовь, про принцесс и страдания.