Кадры решают всё

– Теодор, не забывайся!

– Сведения любого характера, затрагивающие профессиональные или личные интересы кадрового корпуса Академии Последнего Шанса имени короля Ганелона, а также сведения о специфике профессиональной или магической деятельности, – неожиданно поплыл по кабинету Тео прекрасно поставленный бархатный мужской голос, – являются сугубо конфиденциальными и не подлежат разглашению вплоть до особого указа ректора Академии Теодора Франциска Холверта. Выдержка из приказа номер два дробь девятнадцать.

– Дробь сколько? – потрясённо спросил король и откашлялся.

– Дробь девятнадцать, – любезно повторил роскошный баритон, – поверьте, ваше величество, мы у себя в Академии умеем хранить тайны.

– Тео, это кто говорит? – громким шёпотом поинтересовался заинтригованный до полного безобразия король. – Никого же не видно…

– А это мой секретарь, – Тео титаническим усилием воли подавил нервную улыбку и остался совершенно серьёзен. – Он редко показывается людям, но зато сам абсолютно всё видит и слышит.

Его зовут Хантер Макферс Кеннет Скотт О, Тул Миллер. Незаменимый специалист, поверьте, ваше величество.

– А что он там такое сказал про название Академии, я не расслышал? – переспросил король, изнывая от желания узнать всё и сразу.

– Академия Последнего Шанса имени короля Ганелона, – с чувством продекламировал голос, добавив к бархатистости нотки торжественности. Получилось очень красиво, и его величество невольно расправил плечи и приосанился.

– Посовещавшись, – в голосе появились мягкие, медовые, гипнотизирующие интонации, – мы пришли к выводу, что наша уникальная Академия, вне всякого сомнения, достойна носить имя столь мудрого и прогрессивного монарха, каким является нынешний правитель Терейи, король Ганелон. Вы ведь нам не откажете, ваше величество?

Голос обволакивал, погружал в мягкое облако, ласкал, и король на какое-то время отдался этим баюкающим волнам. Но потом справился с собой, встряхнулся и внимательно посмотрел на Тео.

– Академия имени меня? – с каждой секундой король чувствовал, что идея нравится ему всё больше. А Теодор, оказывается, не такой легкомысленный и бестолковый, как казалось его величеству. Нужно будет непременно поддержать мальчика, да и к тому же, не может же Академия, носящая гордое имя правящего монарха, быть каким-то захолустьем!

– Именно так, ваше величество, – Тео склонил голову в безупречном поклоне и снова покосился в угол.