Кафедра

Но Фонтанку я бы тебе не рекомендовала. Там хватает тёмных личностей из людишек. Лучше в районе Невского проспекта хату себе подыскивать.

— Ещё Императорский Дворец предложи! Пока к конским ценам не готов. А вот благополучный район набережной Фонтанки мне нравится. У Измайловского моста видел несколько приятных домишек с цивильными жителями.

Я специально упомянул место, где жила Вера. Мои химеры к нападению вряд ли причастны, но лишний раз удостовериться стоит.

— Я там редко бываю. Мне и здесь хорошо, — ответила Тамарка абсолютно равнодушно.

— Да! Нам здесь сытно и спокойно! — поддержал её Тимур. — А в месте, где Измайловский Фонтанку пересекает, я даже не был ни разу. Чего я там забыл? Ничего! Только толкаться на мосту. Там же постоянно толпы ходят.

— А откуда знаешь, что ходят, если ни разу не был?

— Да все об этом знают, хозяин, — за дворника ответила Мамуева. — Ещё нужны? А то ремонт делаем…

— Делайте! — махнул я рукой, выпроваживая химер."

"То, что они знают район, где жила Вера Матье, я нисколько не сомневался.

Скрывают это? Однозначно. Но у них много своих тёмных делишек. Пока не прижмёшь, не расколются. Спрашивать же в открытую про нападение нет смысла. Даже если совсем ни при чём, то быстро сольют информацию своим собратьям. Мне же милее действовать втайне. Пусть гниды, покусившееся на мою подругу, лучше за полицией наблюдают, чем за одиноким студентом.

Теперь становится понятно, почему Сущности так нагло действовали. Если в районе Измайловского моста нет постоянных химер, то и предъявить за вторжение на территорию некому.

А вот то, что людишки разбойные водятся — просто замечательно. Значит, нужно выходить на них. У местных воров делянки свои, и они не хуже химер чужаков-конкурентов отслеживают.

Ближе к вечеру, когда вся преступная братия, как следует опохмелившись, выходит на заработки, я тоже вышел на прогулку. Долго подходящую компанию искать не пришлось. Группа малолетних подростков, явно бандитского вида, сидела в одном из дворов-колодцев и, щёлкая семечки, громко разговаривала матом.

Увидев меня, они замолчали и расплылись в довольных улыбках, явно в предвкушении добычи.

— Витька и его шоблу знаете? — поинтересовался у них, совсем не обращая внимание, что меня окружают.

— Какого Витька? Это Голого, что ли? Которого недавно какой-то тип раздел? Так он здесь теперь не показывается, — картинно сплюнув сквозь зубы, заявил явный главарь этого детсада.

— Он самый. И где его найти?

— А не помним, дядя.