Кафедра

Ну а потом вместе подумаем, как лучше поступить.

Глава 25

— Ну, хорошо, — нехотя согласился со мной Кудрявый. — Давай играть по твоим правилам. В каком моменте нашей гулянки тебе память отшибло?

— Помню, как грузили то ли в телегу, то ли в пролётку… Дальше полная темнота.

— Ну да, — хмыкнул есаул. — Дровами ещё теми был. Значит, положили тебя в телегу, а я рядышком прилёг. Решил вздремнуть от сильного переутомления после выпитого. Хорошо так разморило! Птички поют, сено душистое… Лепота и блаженство… Но долго поспать не смог.

Ты внезапно вскочил, уставился сначала на меня безумными стеклянными глазами, а потом на кучера нашего.

И вдруг как заорёшь: «Мочи упыря!»!

Потом за свой тесак схватился. Мужик оказался не дурной и понял, что сейчас ты его в пьяном угаре прирежешь. Да что там говорить! Я сам испугался. Видал таких невменяемых, которым от выпитого черти мерещатся. Могут с перепоя и мать родную на тот свет отправить.

Мужик соскочил с телеги и через лужок в лес рванул. Ты за ним. Бежишь, ногами кренделя выписываешь, но постепенно нагоняешь бедолагу.

Я за вами увязался, чтобы смертоубийства не допустить. Уже в лесу, около того кладбища, только и смог догнать.

Смотрю, а ты реально с упырём рубишься! И одежда у него, как у извозчика!

— Рублюсь с упырём? — скривился я. — Странно. Низшую тварь оприходовал бы за несколько секунд.

— Может быть. Но не забывай, что в «зюзю» был, — пояснил Кудрявый. — Не так по упырю, как по веткам своим тесаком попадал. Но и он тоже тебя когтищами своими достать не мог.

Пойди попади по шатающемуся из стороны в сторону пьяному студенту, находящемуся в ускорении. Плохо другое. К тебе сзади ещё одна тварь подобралась.

Вижу, нужно выручать товарища. Хвать за сабельку свою… А нет её! Я ж оружие у тебя дома оставил, чтобы в загуле не потерять! Ну и схватил палку потолще. Убить ею тварь невозможно, но задержать смог. Ты к этому времени всё же достал своего упыря и наконец-то моего увидел. Вдвоём мы его быстро обратно в Преисподнюю отправили.

Стал я у тебя спрашивать, как в мужике гадину эту распознал, а ты только слюни пускаешь, обниматься лезешь и что-то нечленораздельное мычишь. Хотел, пока ещё на ногах стоишь, обратно к телеге тебя отвести. Но не тут-то было! Прикинь, Родя! Ты заговорил на языке Преисподней! Страшно так заговорил, хотя я ни слова понять не мог. Потом оттолкнул меня и на кладбище выбежал.

Ну а дальше случилось то, чего я никогда в жизни не только не видел, но и читать не приходилось.