Кафедра

Гарный казак! Странно, что не на боевой кафедре учишься с такими талантами. Ты вот что, Родион. Как закончишь в Академии штаны протирать, иди ко мне. Мы таких ценим, и до атамана дослужишься быстро!

— Не, — отмахнулся я. — Мне милее тихие кабинеты. В них заработать можно больше. Но уговор есть уговор! Про поклажу мою не забыли?

— Донесём! У вас же в охране пару моих парней будут, так уж они расстараются!

В том, что Кудрявый не сам это будет делать, я нисколько не сомневался. Не пристало командиру носильщиком подрабатывать.

Для этого подчинённые есть.

Ну, а дальше вся остальная группа худо-бедно сдала нормативы. Это им не в тире по мишеням из «мелкашки» пулять, а на свежем воздухе, где сильный ветер пылью глаза порошит, солнышко слепит, да ружьё тяжёлое приличной отдачей в плечо бьёт.

Присмотрелся к нашим боевикам. Вот эти ребята знают, с какой стороны винтовку держать, а остальные… Лидке Хвостовой даже пришлось тихонечко подсказывать, чтобы правильно подготовилась к выстрелу. В мишень попала, и то хорошо! Сдан зачёт!

После обеда меня все забросали вопросами, где я отхватил такой шикарный арсенал, но я лишь улыбался и молчал.

Так что отстали быстро. Примечательно, что профессор не проявил никакого интереса. Но я заметил, что он что-то записал в своём блокноте, задумчиво посматривая на меня. Не люблю, когда «на карандаш» берут. Видимо, всё-таки сегодня перестарался с бравадой.

Вечером, прослушав вместе с группой лекцию Знаменского о подземном городе Бакла, взял из своего багажа оставшиеся две бутылки коньяка и направился к есаулу.

— Проходи, Булатов! — встретил он меня с улыбкой, как своего. — Передумал и решил к нам записаться? Правильно! У казаков таким орлам самое место! Пока не доучился, то рано, конечно. Но я походатайствую перед начальством, чтобы оно тебе оформило целевое обучение.

Тут тебе и привилегии разные, и стипендия повышенная. Ну, а как отучишься, то такие перспективы откроются, что остальные сокурсники позавидуют. В казачьем войске жизнь хоть и копейку стоит, так как в самых горячих местах рубимся, но и продвижение в чинах знатное.

К тому же лингвистов у нас маловато, а диких тварей ой как разговорить иногда нужно!

— Не, Иван Игнатьевич, — разочаровал я есаула. — Извини, но у меня немного другие планы на жизнь. Я ж чего пришёл… Сувенир принёс, и дело одно обговорить.

— Какое дело? — стёр с лица улыбку Кудрявый, подозрительно глядя на выставленную бутылку коньяка.

— Насчёт оружия.