Кафедра зельеварения

Стараясь не смотреть на раскрасневшуюся Джен, на смущенную Иву, на неизвестно откуда взявшегося ядовито-зеленого советчика, добавил:

– Нет, – тихо, но твердо ответила Шарль. – Уходи. Я поверила тебе. Поверила, что мы с Риной в безопасности. Но ты… ты такой же, как они.

– Вер-ли-ни… Шер-ли мигарра!

«А-нук» – строгое «нет», вспомнила Джен уроки рапи Фалотта. Остальное она не смогла точно перевести, но понимала, что Шарль не верит Рийсу. Понимала, что подруга неправа, магистр просто исполняет свой долг. Он не может поступить по-другому.

Демоны… Как же много и сразу свалилось на них в этот вечер! Вечер, что обещал быть чудесным.

– Не надо, – прошептал Рийс одними губами.

Холод забрался в душу. Неужели он потеряет то, что уже не надеялся найти? Нет, ни за что. Он не допустит.

Шарль закрыла глаза.

– Думаю, вам лучше уйти, – вздохнул ядовитый опоссум профессора Дин.

Дожил… Его, Диггори Рийса, страх, ужас и правосудие великого Ронна, жалеет крыса.

Когда Рийс исчез в портале, Шарль заплакала. Громко и горько.

Чай посмотрел на нее недовольно, но ничего не сказал. Покачал головой. И испарился, не оставив даже зеленого облачка.

– Шарль! – Джен и Ива одновременно бросились к подруге.

– Мы найдем, кто это сделал! – сказала Джен.

– Надо попросить магистра Корвина нам помочь, – задумчиво проговорила Ива. – Он куратор первого курса. И должен разобраться!

– Не факт, что он будет нас слушать. Они с Рийсом друзья. И по рангу он помладше будет. Я пойду к отцу. И к профессору Дин, – решила принцесса.

– Шарль, – погладила Ива иссиня-черный шелк волос рапи, – все образуется. Мы все узнаем!

– Надо разбираться самим!

Шарль вытерла глаза краем одеяла.

– Решено. С завтрашнего дня начинаем собственное расследование. – Джен решительно посмотрела на девушек.

– Рина этого не делала. Я точно знаю.

– Мы тебе верим, Шарль. Верим и не успокоимся, пока не вытащим ее, – кивнула сама себе Ива.

Корри всегда недолюбливал острова. Никогда не понимал тех, кто восхищался тропическими красотами: «Ах, цвет воды и неба необычный! Бирюзовый!».

Знакомые до боли пейзажи будили воспоминания студенческих лет: практика, изощренные издевательства магистра Алана дар Ярборро над молодыми боевиками.

Корри вспомнил учителя с его не всегда адекватной педагогической фантазией. Как бы там ни было, Ярборро сделал из него боевика. Мага.