Кусты вдоль дорожки в зоопарк были подстрижены в форме магических животных, так что ошибиться с направлением при всем желании невозможно.
И когда из-за одного из кустов вышел уже знакомый темный маг, я чуть не сбилась с шага, зацепив носом ботильона мелкую каменную крошку. В совпадения я не верила, но все же попыталась сделать вид, что не узнала или мы вообще не знакомы. Но пройти мимо, к сожалению, не удалось.
- Пойдем прогуляемся, - без лишних слов или хотя бы приветствия “предложил” Марьян.
- Очень рада вас видеть в уме и здравии, но, боюсь, не смогу уйти с занятия, - объявила я, чтобы было слышно.
- Ой, Элиза, конечно, можешь прогуляться и присоединиться к нам попозже! - местресс Кьяри имела нехорошую привычку сразу обращаться к студентам по имени и на “ты” и, видимо, питала слабость ко всем привлекательным молодым людям.
Но надо отдать Марьяну должное: королевский племянник, двоюродный, как мы недавно выяснили, проявил элементарную вежливость и предложил руку. Ужасно хотелось проигнорировать, но я решила не нарываться сходу, а сначала понять, чем обязана такой чести.
Честь была очень сомнительной. Марьян с таким напором потащил меня в какие-то заросли, что, будь на его месте кто-то другой, я непременно заподозрила бы его в грязных намерениях. Впрочем, и в чистых намерениях темного мага я очень сомневалась.
В итоге мы зашли не просто в заросли, а в зеленый лабиринт, в котором королевский родственник явно неплохо ориентировался и целеустремленно вел меня в самый центр.
- Пришли, - объявил Марьян, бесцеремонно высвобождая свою руку. - Здесь нас никто не услышит.
И вот на этом я с круглыми глазами сама отшатнулась от парня.
- Да не собираюсь я с тобой ничего делать, - закатил глаза маг.
- Совсем ничего? - уточнила я.
- Ничего такого, - едко ответил Марьян. - Или ты всерьез надеешься меня заинтересовать? - двоюродный племянник глумливо улыбнулся.
- Ой, было б кого заинтересовывать, - скривилась я. - Еще немного, и вам стоит начать опасаться некромантов.
"
"Марьян и впрямь выглядел неважно. То есть, если не приглядываться, то он по прежнему был смазливо-симпатичный молодой человек. Но, если присмотреться как следует, становится заметно, что от былого лоска остался только шикарный синий костюм с золотой отстрочкой. Черты лица парня заострились, цвет кожи приобрел сероватый оттенок, светлые волосы потеряли объем и потускнели, будто выцвели, а глаза с расширенными зрачками лихорадочно блестели.
