Кайа. История про одолженную жизнь (том Четвертый, часть Вторая)

Вот кто бы мог подумать…

А учитывая, что в заведениях производится скрытая съемка, записи которой в итоге оказались у старика Блумфельтда, родственника нашей Государыни…

А затем мне вспомнилось и то, что в скором времени государство планирует прервать собственную монополию на производство и продажу алкоголя, выдав соответствующие концессии…

Ставлю рубль на то, что это Государыня, через своих родственников, а также аффилированных с оными лиц, подгребает под себя немыслимо прибыльные бизнесы. Проституцию, похоже, уже, а алкоголь — в скором времени.

Секс, выпивка и наркотики…

Вообще не удивлюсь, если и с их продажи, наша Государыня имеет, либо же планирует заиметь, долю. Но если двумя первыми бизнесами можно промышлять без каких-либо опасений, ибо это законная деятельность, то наркотики же…

Если я прав, то Государыня имеет связи, и, возможно, весьма тесные, с миром здешнего организованного криминала, которого якобы вообще не существует в стране. С теми лицами, которые владеют городами империи, фигурально выражаясь, по ночам.

Государыня-барыга. Не чересчур ли? А вот это уже один лишь бог знает (ну, может, и не только он), в конце концов, она борется за власть для своих детей, и в своей борьбе, уверен, станет использовать любые средства…

Закрыв страничку государственного реестра, заметил, что у меня есть одно не прочтенное еще сообщение от «подруги Ии», присланное поздним вечером того дня, когда папаня бился на дуэли.

«Опять этот гад про тебя вспоминает!» — написала Ия и приложила к своему сообщению ссылку на «Светские хроники».

Снова этот скот! Овсянников! Ну как же он мог спокойно взять и пройти мимо происшествия с моим участием на дуэли, не пропиарившись на нем как следует? Никак не мог…

Короче говоря, на страничке «Светских хроник» Овсянников вновь жаловался «уважаемой публике» на мою скромную персону. На то, что из-за меня, видите ли, он теперь вынужден нанять телохранителя (а то, можно подумать, у него охраны нет!), ибо опасается того, что я могу пристрелить его следующим.

Эта история с преследованием Кайей Овсянникова, а также с ее самоубийством, еще долго будет мне икаться, в этом сложно сомневаться. Как-то заткнуть его «фонтан», кроме как деньгами, банально откупаясь от его «переживаний», возможности у Семьи нет, ибо он сверхпопулярный певец, кумир молодежи.