Масштабной облавы мы не боялись.
Вайгальцам ещё надо было выловить своих из реки. А не сумеют — придётся восстанавливать картину нападения по следам на дороге. Там осталось достаточно крови, чтобы предположить — напали воины, вооружённые мечами.
Мы и подсказки кое-какие оставили. Про то, что надо ловить по горам мечников Айнура, факт.
Ведь от волчьего рода совсем никого не осталось, а барсы — так и вообще сгинули в огне молний. Ичин даже подкинул на пепелище военного лагеря в горах обгорелых человечьих костей.
Правда, кости нашлись только вайгальские, но кто ж их разберёт в таком состоянии?
К тропе мы вышли примерно напротив болота.
Очередной коростель сообщил, что в небе всё чисто, и терпение моё зачесалось. Хотелось подняться над караванной тропой, чтобы быстренько оценить сверху — насколько интенсивное здесь движение после полудня? И как забегают, когда хватятся уничтоженного нами отряда?
Но волков мы поднимать не рискнули. Кипиш-то устроили знатный, нас могли засечь особенно зоркие.
Майман предложил взобраться на соседнюю гору, мол, оттуда отлично видно и эту часть дороги, и город.
Чиен повздыхал, но согласился.
Гора была хоть и старая, но подъём есть подъём. В иных местах едва не на пузе пришлось ползти.
Забрались. Майман не обманул — разглядели и город из юрт, и сгоревшую крепость. И даже взлетающих над ней драконов.
Их было два. Один покружил и снова опустился на крепостной двор, а второй завис в воздухе.
— Сколько их там сейчас? — спросил я Маймана.
— Дюжины две, — отозвался он.
— А во время боя — их было больше?
Он кивнул.
— Насколько?
— Ну, может быть, вдвое, — замялся он. — Но в небе были тогда и свои, и чужие драконы. Как бы я их посчитал? Нам казалось — драконов тьма, небо словно бы почернело от крыльев. Столько драконов просто не поместилось бы в крепости.
— А может, часть тварей терия Вердена вернулась в Вайгу? — предположил Чиен. — Мне тоже казалось, что драконов не две и не три дюжины — гораздо больше.
— Похоже, что так, — согласился Майман.
— Ну, или нас обманули призрачной магией.
Они оба задумались, вспоминая страшные часы битвы. Я не мешал им вспоминать — изучал с высоты город и караванную тропу.
На горе мы пролежали не меньше часа (по моим прикидкам). Но в городе всё ещё было тихо.
Караванная тропа тоже жила своей жизнью.
Мы насчитали три небольших отряда, отправившихся из города в нашу сторону. Воины спокойно брели куда-то по своим делам, тащили пленников, гнали нагруженных птиц-верблюдов.
