Как достать профессора

Но будет поздно!

— Именно! — поддержала я, доедая последние крохи вкуснейшего торта.

— Может, прогуляемся? — предложил Карен, возвращая себе хорошее настроение. — Последние теплые деньки.

— А пошли, — согласились мы с Соней, переглянувшись.

Собрались, накинули тонкие куртки и вышли на крыльцо. На территории, прилегающей к общежитию, расположились несколько скамеек, мы выбрали ту, которая располагалась под раскидистым кустом. Мы с Соней сели, подставляя лицо теплым лучам солнца, а Карен остался стоять напротив, задумчиво глядя вдаль.

— Что бы я ни сделал — все не так, — не выдержал он, — говорю не так, читаю не то…

— Она просто не твоя…

Я запнулась, заметив, что в нашу сторону идет Марина. Злая как оса. Кажется, у нее даже очки дымились негодованием. А за спиной хрупкой Малинки топали два огромных медведя. Один из них был Артур Багров, который то и дело виновато косился на нашу подругу, а вот второго я видела впервые. Высокий брюнет с игривым взглядом, в котором резвились веселые черти.

Я пихнула Соню локтем в бок, жестом указывая на внезапно появившуюся троицу. Мы решительно поднялись и направились навстречу друзьям.

— Как дела? — напряженно поинтересовалась Соня, хмуро глядя на Артура и опасливо — на незнакомца.

— Нормально, — иронично протянула Марина, — знакомьтесь, опер Громов из секс-шопа.

— Не из секс-шопа? — на всякий случай уточнил Карен.

Глаза у нас троих были примерно одинаковой идеально круглой формы. А когда «опер из секс-шопа» вдруг остановил взгляд на мне и задержал много дольше положенного, даже немного струхнула и покосилась на Карена в поисках защиты.

— Верно, — подтвердила Марина.

Мы с Соней переглянулись и обе дружно уставились на Громова.

— Из секс-шопа, говоришь, — осматривая его с ног до головы так, словно он манекен в витрине магазина, пробормотала я. — И что он умеет? Какие-то стандартные функции или полный комплект?

— Это смотря кто интересуется, — подмигнул мне опер.

— Ну ничего такой. Не битый, не крашеный, — потирая подбородок, выдала Соня, — даже симпатичный местами.

Громов обалдел:

— Девчонки, за оскорбление лица при исполнении штраф положен, — напомнил он.