Почему Лесар сам не отдал мне подарок, а оставил его вот так — почти сюрпризом?
Стало безумно интересно, что находится внутри, и я подняла крышку.
Внутри, на черной бархатной обивке лежали бусы… Или точнее их можно было бы назвать ожерельем из молочно-белых сияющих камней. Афесы — так, кажется, их называли в Аэрлее? Они символизировали вечную любовь, неразлучность, единение.
Дождалась.
Так стало тепло и хорошо на душе, что захотелось весь мир сделать таким же немного сумасшедшим от счастья. Не успела, потому что пришла Лойс.
На этот раз служанка постучала.
— Хорошего утра, птенчик, — поздоровалась добрая старушка. Она улыбалась и посматривала на меня как-то лукаво. — Что гость-то ночной, давно ли ушел?
Хотелось бы мне спросить, который из гостей, но это было бы за гранью. Я и без того нарушила все правила приличия, хотя…
— Сбежал, — смущенно улыбнулась я и кивнула на коробочку. — Вот, оставил.
— Хорошие афесы, редкие. Нужно по-особенному относиться к девушке, чтобы достать такие. Однако, не вчерашний гость тебе их принес.
Тот был совсем юный, меня приметил и дышал испуганно, как загнанный хищником зверек.
Значит, не о Лесаре шла речь. Это и обнадеживало, и смущало одновременно. Как быстро я себя выдала! Конечно, это Лойс, а не кто-то чужой, но факт оставался фактом — расколоть меня легко. Нужно быть осторожнее.
— С чего ты взяла, что в комнате кто-то был? У тебя же нет магии, — спросила я.
— Магии может и нет, но есть нюх, интуиция, и слышу я хорошо, — по-доброму рассмеялась служанка.
— А вдруг это бы оказался враг?
— Враг? — удивилась старушка. — От врага не может пахнуть молоком и печеньем. Кроме того, ваш отец поставил немало магических оповестителей. Их еще ваш предок, магистр Фрей создавал.
Логика железная. Выходит, простые арсы, потерявшие магию, компенсируют ее другими чувствами. Как у слепых обостряется слух, так и у арсов, лишенных магии, повышается интуиция. Это вполне логично, если учесть спектры магии, обладатели которой пострадали первыми.
Лойс верно подметила все нюансы и точно описала Еджайда.
Я успокоилась и поднялась с кровати. Со шкатулкой расставаться не хотелось, а ожерелье не только радовало глаз, но и согревало душу.
— Довольно. Положите украшение на стол, оденете его на бал, птенчик мой. Наверняка лорд Рацис там объявит о вашей помолвке. Я хоть и не одобряю отношений до брака, но на ваши тайные встречи глаза закрывала, — по-доброму пожурила меня служанка.
Стало стыдно.
