Ну вот прямо как со съемок фильма для взрослых.
Я выплыла на середину кухни и подбоченилась.
— Так лучше?
Я смотрела в бесстыжие огаревские глаза. Он… ну, он тоже пытался смотреть мне в глаза. Но взгляд его упорно сползал вниз. Ложка так и замерла у его губ. Я, если честно, тоже замерла. И даже дышала тихо-тихо. Потому что вдохни я чуть глубже и сильнее — и мои дыньки (по выражению Ярика) полновесного третьего размеру покинут пределы атласной сорочки. Навстречу борщу и приключениям, ага.
— Я… — Огарев прокашлялся, опустил ложку обратно в тарелку.
— Я наелся.
Встал и глядя ровно перед собой, покинул кухню. Вот что за человек, а? На заданный вопрос так и не ответил!
***Эпизод «Борщ и ночнушка Виолетты» свербил своей незавершенностью. Душа требовала продолжения банкета. Без объяснений — но требовала.
Поэтому пришедший почти в девять вечера Огарев застал меня на диване в гостиной в компании клубочков.
— Это что такое? — он, наверное, думал, что я не заметила, как он мгновенно просканировал, во что я одета.
А я заметила! Рубашка Ганиного брата вроде бы не вызвала недовольства. А по нему вообще-то не разобрать сегодня. Мрачный. Устал, наверное. Но на жалость мне давить бесполезно.
— Это я тебе решила свитер связать, — мурлыкнула я. — Зима близко.
— Да? — Ярослав плюхнулся в кресло, вытянул ноги. — А чего не малиновый?
— Мне кажется, тебе к твоим серым глазам пойдет синий, — все так же елейно ответила я. — Ну ка встань, я примерю, правильно ли я петли набрала.
— Нет, — покачал головой Ярослав.
— Я устал. Не буду вставать. Надо — снимай мерки с лежачего тела, — и еще сполз вниз по креслу, закинул руки за голову и закрыл глаза.
Ну и сниму. Я подошла и наклонилась. Именно в этот момент Ярослав открыл глаза. Темно-серые в обрамлении густых черных ресниц. Да, ему будет очень хорошо в синем свитере. Если я его свяжу. Мы так и застыли — он, полулежа в кресле, и я — согнувшаяся со спицами в руках над ним.
Ах, если бы не эти чертовы спицы…
— Ну как, правильно все сделала?
Теперь моя очередь прокашливаться.
— Да, — я спешно плюхнулась обратно на диван.
Ярослав так же молча продолжил валяться в кресле. А я три раза распускала резинку!
***Я вязала свитер. Сварила куриный суп с домашней лапшой, нажарила котлет и испекла пирог с клубникой. Завела разговор о том, что мне не нравятся роллеты на кухне, и что их нужно сменить на римские. И что шторка в ванной мне тоже не нравится.
Огарев хмыкал, угукал, утыкался в телефон, уходил в кабинет.
