Как Лыков не стал генералом

Буркнул подходящие слова, отдал деньги и уходи, дальнейшее тебя не касается.

И вот наступил решающий момент. В оговоренное время поручик с сыщиком подъехали к трактиру и вошли в чистую половину. Там сидело всего двое. Первым, кого увидел Алексей, оказался Тоська Шарап! Кулачный боец, чемпион Москвы по мордобою, встретился ему в 1883 году, когда сыщик под прикрытием дознавал убийство министра внутренних дел Макова[25]. Сначала они подрались, а потом сдружились. В интересах дела Шарапу сказали, что Лыков задохнулся в Даниловских пещерах.

– Здорово, Антон Шарапов. Давненько не виделись.

– Ты… ты живой?

– Разуй гляделки. Конечно, живой.

– А…

– А тебе сказали, что я погиб.

– Да. И в тую пещеру сыщики возили, где тебя засыпало. Как же это?

– Да все просто. Я их со следу сбивал, прикинулся мертвым.

– Эх и ловок! – восхищенно сказал боец, протягивая старому знакомцу руку.

Тут поднялся второй, который внимательно слушал их разговор, и окликнул Шарапа:

– Это что за хлюст?

– Сам ты хлюст, – обиделся Тоська. – Гляди: Алексей Николаевич Лыков к нам пожаловал. Вольный человек, герой турецкой войны и такой силы дядя, что троих, как я, к ногтю возьмет! А таких, как ты, и десяти не хватит.

Алексей за рукав потянул из-за спины застывшего там поручика и сказал:

– Я его охрана.

Незнакомец пристально разглядывал сыщика, и что-то ему сильно не нравилось.

– Какая еще охрана? – грубо ответил он. – Я тебя не знаю. Уговор был, что придет один.

– Я тебя тоже на знаю, – заявил Лыков. – И потом, вас-то двое. Что не так? Или ты дурное замыслил с моим клиентом? Тогда берегись.

Бандит мялся и не знал, что ответить. Вмешался кулачный боец:

– Ты, Амфилохий, полегче. Лыков наш, я его проверял. Не фартовый, но шпановый брус[26]. Кого хочешь о нем спроси. Он в Москве пять годов назад такого шухеру навел…

– Амфилохий? – мгновенно среагировал коллежский асессор.

– Ну… – растерялся тот.

– Ты из команды Сеньки Валоха, я слышал о тебе от Федора Погодина. Вы еще вместе ломали кассу артиллерийской лаборатории.

Сыщик назвал фамилии питерских уголовных среднего калибра, не из заправил, но и не из пехоты. Оба сейчас сидели, и проверить их слова фартовым было бы трудно. Но уловка удалась. Бандит смягчился:

– Ладно, коли так. Погодин – парень справный, давний мой товарищ.