Онлайн-библиотека книг
Был же совет, был! Ну-ка… В каком году это случилось? Секретное административное дознание в отношении великого князя Николая Николаевича Младшего. За год до смерти Павла Афанасьевича. Его тогда тоже соблазняли, предлагали чин тайного советника, а он выбрал честь. Ай да учитель! Вот спасибо за подсказку с того света!
Алексей Николаевич вышел в шинельную, снял трубку эриксона и попросил барышню связать его с прямым номером Белецкого. Как и ожидалось, тот все еще сидел на службе.
– Степан Петрович, я решил.
– Да? И что именно?
– Найди кого-нибудь другого, я не хочу в этом дерьме мазаться.
Директор помолчал, потом спросил с надеждой:
– А точно?
– Точно.
– Ты же понимаешь: я хотел как лучше для тебя.
– Понимаю, Степан Петрович. И ценю. Но… для меня лучше отстраниться.
– Ну тогда и черт с тобой! Сиди в пятом классе до пенсии! – сорвался Белецкий и бросил трубку.
Лыков пружинистой пластунской походкой двинулся в гостиную и приказал жене:
– Вели нести бекаса! И горькой английской тоже.
Ольга Дмитриевна всмотрелась в мужа:
– Повеселел… Что хоть случилось-то?
– Предложили стать говночистом и обещали за это генерала.
– Ой! – она сложила руки на груди. – Квинтиллиан из зеленной лавки обращался бы ко мне «ваше превосходительство»! Но… не видать мне такого счастья?
– Не видать.
Супруга вздохнула – не то притворно, не то всерьез; кто их поймет… Потом распахнула дверцы буфета и вынула две рюмки:
– Налей и мне горькой.
Четвертого апреля 1888 года столичная полиция делала очередной обход глухих местностей левого берега Невы.
А отряд городовых под командой титулярного советника Шереметевского осмелился вторгнуться в святая святых преступного мира – на дальнюю окраину Горячего поля, за свалку. Туда без пехотной дивизии не ходи! Но Шереметевский, исправлявший в сыскной полиции должность чиновника для поручений, не побоялся. Храбрый, артистичный, любимец Путилина, он никак не мог избавиться от унизительного «и.д.». И в последнее время шел напролом, жаждал отличиться.
