Город навалился на меня всей своей беспощадностью вместе с ещё не появившимися милиционерами, цыганами и бродячими артистами, которые увезут меня во Владивосток танцевать под балалайку, пока не найдут новую бабку. Я возненавидел велосипеды и безответственных взрослых, которые вместо того, чтобы вернуть ребёнка домой, наоборот, одобряют его затею. А бабка ещё говорит, что это меня в детстве уронили головой на пол и теперь я только глупости выдаю на ура. Вон тут их целый автобус набрался.
– До Москвы подбросить? – услышал я голос позади себя.
– Недорого возьму.
Из-за остановки вышел дед. Сначала я обрадовался, но потом испугался. Если тут дед, то рядом, скорее всего, и бабка. А в данной ситуации она хуже милиционеров, цыган и бродячих музыкантов вместе взятых. Так далеко в своём вольнодумстве я ещё не заходил. Я озирался по сторонам, ожидая кары совсем не небесной.
Вовка, убедившись в том, что я действительно хочу бежать, ещё до обеда рассказал всё бабке с дедом. Дед хотел тут же провести воспитательную беседу, но бабка сказала, что слов я не понимаю от слова «совсем», мне необходимо всё на своей шкуре прочувствовать.
Она сказала деду после обеда сразу брать моцик и ехать в райцентр, а там предупредить тётю Зину на почте, чтобы та поспособствовала моему «побегу», посадила на автобус и рассказала всё кондукторше. Кондукторша тоже решила немного добавить от себя. Она рассказала пассажирам о «беглеце», и те уже сами импровизировали. Дед ждал меня в городе на конечной.
– Ох и влетит тебе, – с нескрываемым удовлетворением в голосе вынес он предварительный приговор.
В дом я заходил с видом побитой собаки. Бабка встречала меня за столом. Вовка сидел на диване.
– Дед, дверь закрой. А то он щас сбежит же, не дожидаясь правосудия, – попросила бабка.
В сложившейся ситуации можно было не фантазировать о благосклонности бабки. Преступление от наказания отделял лишь обеденный стол, но судьба иногда преподносит сюрпризы.
– Вот где бы ты сейчас был, если бы Вовка не рассказал нам с дедом всё?
– У цыган? – предположил я.
Бабка даже опешила от такого предположения.
В итоге всё закончилось более-менее хорошо. Тётя Зина с почты сказала, что на велосипед они не претендуют, и подарила его нам с Вовкой. Но у бабки было своё мнение. Она решила, что велосипед мне ещё рано. Если я уж пешком чуть не убежал, то на велосипеде ищи-свищи меня потом. Но мне и самому уже перехотелось. С чужими велосипедами что-то не везло мне, и я решил дождаться своего. Дома, в Москве.
