Мне нужна своя, — холодно и твердо произнесла я, и вот дела, кажется, мои слова пришлись мужчине по душе.
— Вот теперь я даже не сомневаюсь, что ты — его дочь, — покивал он довольно. — Что же, если таково твое желание, мы проверим твои способности, — улыбнулся ректор и послал мне многообещающий взгляд. — Не будем тянуть. Ты ведь достаточно подготовлена, верно? — послав в воздух какое-то свечение, задал он вопрос. Свечение сверкнуло и потухло, а я вспомнила, что это магическое послание. Кажется, сейчас ректор вызвал магистра артефакторики, желая завалить меня как можно скорее.
Но никто не говорил, что я сдамся так просто.
— Конечно, господин ректор, — расплылась я в благодарной улыбке. — Я бы не пришла к вам, не будь уверена в своих силах, — откровенно лукавила я, но свою слабость показывать не собиралась.
— Вот сейчас и проверим, — кивнул он.
Через три часа ректор и профессор по артефакторике, смотрели в результат теста с растерянными физиономия. Затем посмотрели на мою придурковатую улыбку, нахмурились и вновь принялись перепроверять.
— Так, что там с результатами? Кажется, вы уже пятый раз читаете, — не выдержала я. Мужчины вновь посмотрели на меня, а затем отвернулись и стали шептаться. Впрочем, мы были в двухметровой досягаемости друг от друга, потому я все слышала:
— Ты уверен в результатах?
— Считаете, я свой предмет не знаю?"
"— А списать она никак не могла?
— На вашем кабинете специальное заклятие от списывания и прослушивания. Да и я активировал артефакт, который поглощает любое магическое вмешательство от жульничества…
— То есть, она прошла?
— В теории она подкована хорошо.
Ее теоретических знаний хватит даже на второй год обучения, но на втором курсе мы уже вовсю практикуемся. Ее знаний для этого недостаточно, если она никогда ничего даже не пыталась создать сама. Это ничем не отличается от ее прежнего обучения. Теорию боевой магии она также прекрасно знает, а применить не может.
— Эм… — вновь привлекла я к себе внимание. — Не знаю, поможет ли это, но я кое-что принесла, — скромно пододвинула я к ним папку с чертежами и проектами Иванны, которые нашла в ее вещах.
Меня вновь смерили подозрительным взглядом, но папку приняли и стали дотошно изучать. По мере этого, лица мужчин вытягивались.
— Все это — придумала и рассчитала ты? — сравнивая в руках два чертежа, переспросил профессор, явно заинтересованный.
— Этой самой головой, — покивала я, указав на свой висок. Просто, как то врать и присваивать достижения Иванны было неловко.
