— Я не настаивал, — в черных глазах брюнета даже издалека виделось сочувствие.
— А я настаиваю. Порадуй нас, дитя. Не лишай удовольствия. Не так часто мне доводится проводить вечера в подобной приятной компании. Эта академия из меня последние соки выпьет. А тебе, сын мой, повезло.
Замечание Невилла-старшего вызвало в теле неприятную дрожь. Он говорил о нас, как уже о чем-то решенном. Что самое удивительное, Дариел даже ничего не возразил ему в ответ. Подчиняясь просьбе Невилла-старшего, я просидела за инструментом, пока не подали его карету.
Когда он покинул этот дом, час уже был поздний, чтобы отправляться в хранилище, поэтому Дариел предложил перенести его посещение на предобеденное время завтрашнего дня. Ничего не оставалось, как согласиться. Но визит ректора заставил меня о многом задуматься, ведь отведенное им время подходило к концу.
2 дня
Утро не предвещало неприятностей. В ярко-синем безоблачном небе светило солнце, согревавшее теплыми лучами остывшую за ночь землю. Птицы ласкали слух звонкой трелью.
В столовой Дариел встретил меня обворожительной улыбкой, от которой сердце забилось гораздо чаще. Он первым заговорил о сокровищнице, чем еще больше поднял и без того радостное настроение. Мы сошлись на полудне, поскольку декану следовало разобрать после завтрака стопку писем и занести в бухгалтерскую книгу данные о расходах.
С того момента время замедлило свой ход. Я не могла и минуты усидеть спокойно. Стоило удобно устроиться в кресле, как подскакивала и начинала ходить из угла в угол, постоянно поглядывая на стрелки часов.
Без десяти двенадцать я покинула покои и едва ли не бегом бросилась к кабинету декана, в котором, как предполагала, он и находился. Едва оказалась у двери, постучала для видимости и, не дожидаясь позволения войти, открыла дверь. И в тот же миг застыла подобно каменной статуе. Пусть Дариел и отпрянул мгновенно от Аннет, я успела заметить, как она висела у него на шее, а он тем временем ласково поглаживал ее по спине и что-то нашептывал.
Я пыталась сделать вдох, но не могла. Казалось, кто-то ударил меня под дых и выбил из легких весь воздух. Непрошенные слезы навернулись на глаза. Но я их сдержала, несколько раз моргнув. Горький яд разъедал сердце. Я не понимала, почему мне так плохо, ведь не имела на Дариела никаких прав. Он был моим фиктивным женихом. И не более…
— Прошу прощения, что нарушила ваше уединение. Пожалуй, зайду позже. Или не зайду, — последнюю фразу я проговорила одними губами.
