У мамы даже вилка выпала из рук. Под их недоумевающими взглядами я не решалась сдвинуться с места.
Первым из оцепенения вышел дедушка. Опираясь на трость, он поднялся из-за стола и подошел ко мне.
— Лилит, внученька, а ты что здесь делаешь? Никак прогнали, — с тяжелым вздохом он приобнял меня свободной рукой."
"Подобный вывод вызвал внутри волну негодования, и я поторопилась прояснить ситуацию:
— Нет, дедуля. Я сама уехала.
— Тебя плохо там кормили? — дедушка был в своем репертуаре.
— Нет.
— Обижали? — услышав очередной отрицательный ответ, он протянул: — Хм… Тогда ничего не понимаю.
Присаживайся, чего стоишь? Небось голодная с дороги?
— Не особо. Только сильно устала. Я лучше пойду прилягу. Еще успеем наговориться за ужином. Всем приятного аппетита!
Две практически бессонные ночи давали о себе знать. Я поднялась к себе и присела на край постели, обдумывая, следует ли родным рассказывать о заключенной с Дариелом сделке. Однако одной побыть не удалось: вслед за мной в комнату ворвалась мама и заключила в объятия.
— Лилок, как же я по тебе скучала!
Не знаю, сколько мы так простояли, покачиваясь из стороны в сторону, но в какой-то момент она подтолкнула меня к стулу, расплела длинные косы и расчесала сбившиеся местами волосы. Закончив возиться с ними, помогла снять дорожное платье, уложила в кровать и хорошенько подоткнула по бокам одеяло. Приятное чувство заботы окутало душу теплом, но оно сильно отличалось от эмоций, которые охватывали меня, когда ее оказывал Дариел. Мама сидела со мной и держала за руку, пока я не провалилась в крепкий сон.
За ужином близкие поведали мне, что произошло в Тарквуде за время моего отсутствия, а я рассказывала обо всем, что видела и делала в столице, старательно избегая упоминания о красивом металлисте. Возможно, это было очень подозрительно, но я боялась, что выдам себя и свои чувства всего одной фразой. Впрочем, они тоже и словом не обмолвились о Генри, о существовании которого я практически позабыла. А вот бывший жених, как выяснилось, нет.
Часы показывали полдень, когда он влетел ко мне в комнату после непродолжительного стука в дверь. Сказать, что я была удивлена, — значит ничего не сказать. Хотя этого стоило ожидать, ведь слухи быстро распространялись по такому маленькому городку, как Тарквуд. Вряд ли появление средь бела дня роскошной кареты, покрытой черным лаком, да еще с фамильным гербом рода Невиллов, осталось незамеченным местными сплетницами. А к ним относилась и мать Генри.
