— Поделишься? — мое негодование улеглось, и на смену ему пришло любопытство.
— Неужто Дариел ничего не рассказал о себе? — седые брови взлетели вверх от удивления.
— Да я особо и не спрашивала."
"— Чем же вы там занимались? — в его голосе прозвучала озадаченность, однако дедушка встрепенулся и начал перечислять: — Поскольку металл — очищенная земля, то им подвластны все твои навыки, связанные с этой стихией, и думаю, даже намного больше. Кроме того они могут видоизменять форму и размер металлических изделий, хорошо видят в темноте, у них гораздо тоньше слух…
— Хорошо видят в темноте? — с ужасом повторила за дедом, ощущая, как по спине пробежал холодок.
Правда, уже в следующее мгновение щеки опалил жгучий румянец. Вот оно! Именно об этом и говорил Дариел. Какой стыд! Интересно, как много ему тогда удалось разглядеть?
— Да, внученька, а что такое? — на его лице в очередной раз появилось недоумение.
— Нет, дедуля, ничего… — отозвалась я, потупив взгляд. Благо он не настаивал на признании.
— Лилит, я вот только одного не могу понять: если ты его любишь, а он тебя, зачем вернулась?
— В его-то чувствах я и не уверена.
— Ну-ка, поподробнее, Лилит. Что тебя навело на эту мысль? Или кто? Неужели это недоразумение по имени Генри?
Дедушка никогда не скрывал своей неприязни к голубоглазому Норманду, а теперь так и вовсе разошелся.
— Нет. Он здесь ни при чем. Скажи, разве можно влюбиться за тридцать дней?
— А почему ты не спросишь об этом у себя? Почему не сомневаешься в своей любви?
— Дариел собирает редкие вещи… — еле слышно начала я.
— И ты решила, что он захотел пополнить тобой свою коллекцию? Лилит, Невиллы — многоуважаемые и порядочные люди. К тому же мальчик еще более уникален, чем ты. Стихийники встречаются чаще, нежели металлисты. Откуда у тебя взялись такие глупые мысли? — дедушка не скупился на нравоучения.
— Не знаю.
— Вот и я не знаю. Дариел уже тогда был смышленым мальчишкой, теперь же и вовсе стал очень умным и рассудительным молодым человеком. Хоть я и не ценитель мужской красоты, но уверен, многие девицы твоего возраста считают его неотразимым.
В душу закралось подозрение, которое я поторопилась развеять:
— Когда ты видел его в последний раз?
— Две недели назад. Он приезжал просить твоей руки, собирался сделать тебе предложение. И судя по его заверениям, любит тебя всем сердцем. Лилит, что пошло не так? Вмешались твои причуды?
— Ох, дедуля… Что же я натворила? — я уронила лицо в ладони.
— Рассказывай все, как есть.
