Подайся он чуть вперед, и наши губы соприкоснулись бы в поцелуе.
— Я не взламывала печать и не проникала за дверь. Следовательно, и ваш наказ не нарушила, — уклонилась от прямого ответа, чем вызвала у декана заливистый смех.
Вопрос Дариела заставил меня серьезно задуматься над своим поведением. Возможно, под любопытством крылось нечто большее?
— Мне нравятся твои методы достижения цели, хоть они и не всегда правильны. Боюсь, придется все же показать тебе ту комнату, иначе свернешь себе шею или доведешь Натаниеля до сердечного приступа.
А ведь он уже немолод, — брюнет по-прежнему нависал надо мной, продолжая скользить по лицу изучающим взглядом.
— Вам и так скоро придется искать нового дворецкого, — намекнула я на связь старшего лакея с моей компаньонкой.
— Тебе, Лилит. Признаюсь, буду только рад за него. Натаниель хороший человек и заслуживает счастья. Итак, сперва ужинаем, а потом занимаемся перевязкой или наоборот?
— Как вам будет угодно, — мысли путались, и я предоставила ему самому сделать выбор, думая только о том, как бы мужчина не заметил дрожи, которую вызывала во мне его близость.
Но разве можно скрыть что-то от зоркого глаза брюнета? Переволновавшись, забыла сказать, что Нарина уже кое-как справилась с тугой повязкой.
— Обними меня за шею, — проговорил он, наклонившись еще ниже.
Аромат его парфюма обволакивал мой нос, дурманил, подчинял… Противостоять магнетизму Дариела было невыносимо сложно, однако я все же нашла в себе силы спросить:
— Зачем?
— Понесу тебя ужинать, — как ни в чем не бывало отозвался он.
— Я сама, — оперевшись о подлокотники, попыталась приподняться и тут же воспарила в воздухе. Мужчина все же вынудил меня сомкнуть пальцы у него за шеей.
— Мне определенно суждено носить тебя на руках, — полушутя произнес Дариел. Однако в низком голосе прозвучали собственнические нотки, которым не придала с утра значения. Значит, не показалось.
Он спустился по лестнице на первый этаж, прошел через холл и направился в гостиную, в которой уже горел камин, а чайный столик — сервирован на двоих.
Дариел осторожно опустил меня на множество подушек, лежавших на полу, и сел рядом, так близко, что я чувствовала тепло его тела. Это противоречило всяким правилам приличия, но декан, казалось, и вовсе не думал об этом. Он словно воспринимал меня как жену, ведь для мужа вполне естественно заботиться о второй половинке. Но ведь мы еще ничего не решили. К тому же я не совсем понимала, чем были продиктованы его действия.
