Он крепко меня обнял.
– Я разберусь с ним, – произнёс он таким тоном, что за Крона мне стало страшно.
– Не горячись. Не забывай, что они наши союзники. Если бы они выступили за Эгнуса, то неизвестно ещё, как скоро мы бы с тобой встретились. Тем более Эгнус, когда я отказала Крону, вообще предложил ему забрать меня наложницей, лишь бы он договор подписал. Как видишь, Крон на это не пошёл, так что бог с ним.
– Главное, не терять с ним осторожности, – закончила я свою мысль.
Разговор о Кроне развеял романтический настрой, витавший между нами.
Я чувствовала, что Шер встревожен и злится. Да мне бы тоже не понравилось, узнай я, что к нему лезли с поцелуями. И пусть бы он ничего в тот момент не чувствовал, но вот повыдирать волосы целовавшей я бы не отказалась. Так что сама виновата, что об этом заговорила. Пора отвлечь его мысли от ирлинга.
– Ш-е-е-е-р, – доверительно протянула я, привлекая к себе его внимание. – Знаешь, поймала себя на мысли и хочу поделиться: ты первый мужчина, с кем я занималась любовью, желая при этом забеременеть.
Я перевернулась и посмотрела в его лицо:
– Шер, я хочу от тебя детей. Ты исполнишь моё желание?
Все посторонние мысли покинули его, и он поедал меня взглядом. На меня ещё никто и никогда не смотрел с такой любовью и восторгом.
– И сколько бы ты хотела? – хрипло спросил он.
– Судя по тому, как мне понравился процесс их создания… много.
– РИЯ! – простонал он, целуя меня. И столько эмоций в этом возгласе было: нежности, любви, страсти…
К слову о последней… Страсть снова вспыхнула между нами, и нам стало не до разговоров.
Чтобы я ещё раз заговорила о делах?! Завтра, всё завтра, а сейчас лишь он и я, и чувство единения, охватившее нас. Мы так долго к этому шли, что можно и побезумствовать.
Слуги, что случайно оказались поблизости покоев Повелителя рано утром, были потрясены раздавшимся оттуда неистовым криком ярости и боли. Стремительно ворвавшись к нему, они так же стремительно поспешили скрыться с глаз разгневанного хозяина. Впервые они видели его, потерявшего контроль над эмоциями.
"
"А Крон потерял над собой контроль. Сегодня ночью он не смог найти во сне свою Кьяри. Он чувствовал, что она жива, но не спала. Не спала всю ночь! При мыслях о том, что явилось этому причиной, перед глазами появлялась яростная пелена и желание всё крушить.
Как он мог так просчитаться?! Он был уверен, что кентавр, движимый чувством чести и самолюбия не позволит себе заявить права на Рию, не дождавшись встречи с ним.
