Прислонился к своему грузовику, как герой из фильма, смотрит, как я иду к нему, скрестив руки и ноги. Кожа красная, волосы влажные.
Он похож на Джейка Райана из «Шестнадцати свечей», если вы никогда не видели этот фильм, то это старая классика, которую моя мама заставляла меня смотреть, когда я еще была дома.
Сделайте себе одолжение и погуглите его.
Даллас одет в помятую футболку без рукавов, спортивные штаны и с усталым выражением лица.
Я поднимаю руку, чтобы поприветствовать его.
— Привет.
Он зевает.
— Привет.
Я оглядываюсь вокруг.
— Итак. Вот я здесь. — Обвожу руками. — На клубной парковке.
— Похоже на то.
Он все еще опирается на свой грузовик, похоже, никуда не спешит — вот только холодно, и я бы не хотела стоять здесь.
— Тебе не холодно?
Я дрожу.
— Я только что надрывал задницу три часа подряд, если ты не заметила.
О, я все заметила.
Я заметила, мои друзья заметили — да весь мир заметил, учитывая, что игра транслировалась по телевидению.
— Но ты не высох. Тебе все равно стоит надеть куртку, даже если тебе не холодно.
— Ты только что назвала меня мокрым?
— Я сказала, что ты не высох. Я не называла тебя мокрым. Есть разница. — Ему нужно одеться, чтобы не заболеть.
Я взъерошиваю его волосы.
— Ты мокрый.
Влажный.
Недостаточно сухой, чтобы не простудиться или не заболеть гриппом, если он собирается настаивать на том, чтобы стоять здесь.
Я обнимаю себя и драматично выдыхаю: «Бррр», надеясь, что он поймет суть и поспешит перейти к делу.
Вместо этого Даллас смеется.
— Почему ты смеешься? — я фыркаю. — И почему мы просто стоим здесь? Ты попросил меня выйти сюда и…
Внезапно я прижата к его телу, и излучаемое тепло — первое, что я замечаю, кроме его теплого дыхания у моего уха.
— Ты такая милая, когда злишься.
— Я не злюсь, — возражаю я. — Я… я… — Не злюсь. Я взволнована и растеряна и хочу быть в тепле. Не хочу стоять снаружи, хочу быть внутри, где теплее, даже если это означает забраться в кабину его грузовика, который у него еще даже не заведен.
Ты что, дилетант?! Заводи мотор, мужик.
— Т-ты что? — шепчет он, и это не настолько оживленное место, чтобы я не могла его услышать, машины опустошают стоянку, их количество уменьшается.
— Я замерзла.
Парень обхватывает меня большими руками, мгновенно согревая мое тело, но все еще недостаточно.
— Я согрею тебя.
Я не могу сдержаться и смеюсь.
