— Цыц!
Кайл: Были ли какие-нибудь слова об увольнении? Райан или меня?
Винни: Ну, он очень зол, но сейчас здесь еще три сервера, и он пытается понять, как не поджечь бургеры…
Кайл: Скажи ему, чтобы не давил на лепешку гамбургера, иначе сделает их сухими!
Винни: Не буду я ему ничего говорить! Зачем мне напоминать ему, что шеф-повар ушел?
Кайл: Я обычный повар, а не шеф-повар.
Я снова смотрю на Кайла.
— Обязательно говорить это каждый раз, когда мы поднимаем эту тему?
— Это же очевидно.
— Он поджимает губы.
Когда я кладу телефон в подстаканник на центральной консоли и опускаюсь на сиденье со стороны пассажира, мне приходит в голову мысль, что я совсем не знаю Кайла. Он все еще студент или уже закончил учебу?
— Какая у тебя специальность? — Мы никогда не сидели и не болтали. Я понятия не имею, чем он занимается и что у него происходит в личной жизни.
— Исполнительское искусство.
Это шокирует.
— Почему я этого не знала?
Он пожимает плечами.
— По той же причине, почему я понятия не имею, какая у тебя специальность.
— Массовая коммуникация.
Парень кивает.
— Да, я подумал, что это что-то вроде бизнеса.
Мы сидим бок о бок, переписываемся с Винни туда-сюда, ее переписка становится все более нерегулярной по мере приближения последних минут игры, когда клиенты обычно стекаются в закусочную. Клиенты, которые смотрят игру из дома, или родители, приехавшие в город на игру и желающие попасть в толпу, идущую со стадиона.
По субботам бывает многолюдно, но это не большая закусочная, и большинство из нас работает здесь уже несколько лет — в большинстве случаев мы работаем, как хорошо отлаженная машина.
Сегодня не один из таких дней.
Кайл кладет телефон на приборную панель в машине, включает игру в своем приложении, чтобы следить за счетом и знать, когда она закончится — четыре минуты с небольшим.
— Слава Богу, они выигрывают, — ворчит он. — А то твой парень играет, как полное дерьмо.
— Не стало лучше после того сюжета в перерыве?
Кайл смотрит на меня, как на идиотку.
— Ты же не думаешь, что он в раздевалке в перерыве смотрит новости на телефоне?
Эм.
Нет?
— Я не знаю, что они делают в раздевалке в перерыве, — признаюсь я со смущением.
— Девочка, им там надирают задницы. Все это знают.
Ох.
Я нервно жую нижнюю губу.
Потом, когда люди начинают выходить из дверей стадиона, я беспокоюсь и об этом.
