Раздался хруст и приглушённый вой.
— Я всё расскажу! — простонал убийца, едва полковник вытащил кляп.
— Кто тебя послал?
— Мужик, — пленник сделал судорожный вдох и закашлялся, — хотя я его сразу за бабу долговязую принял. Тощий, нервный, писклявый. И руки как у девки. Даже ногти длинные. Я сильно удивился, когда кошель забирал.
Хм… вэ Сауран высокий и худощавый, как и любой фэйри, но руки у него мозолистые и крепкие. Да и голос точно не писклявый.
У Эриана голос как у инкуба — томный, тягучий, обволакивающий.
Руки, пожалуй, действительно слишком изящные, но с женскими их точно не спутаешь."
"А Аворилиан за парня только слепой примет. Да и не стала бы принцесса сама общаться с наёмниками.
— Тогда с чего ты решил, что это был мужчина? — уточнил Хуан.
Пленник вновь зашёлся кашлем, но всё же ответил:
— Голос точно мужской, толку, что по-бабьему высокий. Да и говорил он о себе, как о мужчине: «я сказал», «я заплатил».
Проклятье… «я» после каждого действия добавляли только зеркальные демоны. А если учесть, что их мужчины и вправду женоподобны, то всё идеально сходится с описанием.
Вот только допросить такое существо нереально.
Мои щупы дрогнули, предупреждал о приближающейся страже. Хлопок! И в рот пленнику вновь вставили кляп.
Такими темпами мы провозимся до рассвета.
Но, в любом случае, эта безумная затея с допросом дала шикарные результаты! Особенно продуктивным оказался допрос лунгаров.
Контрабандисты быстро раскололись, а их показания полностью совпали с предположениями Хуана: наёмники действительно испугались гнева главаря и решили как можно быстрее избавиться от свидетелей.
Но, к сожалению, контрабандисты понятия не имели, на кого они работают. Как выяснилось, на Островах промышляло шесть крупных банд торговцев Лунной пылью. Три банды занимались добычей товара, а три — сбытом за пределами королевства фейри.
При этом все задания и оплату они получали через таинственного Посланника. Он же безжалостно расправлялся с лунгарами, провалившими задания и разочаровавшими Хозяина.
Пленники рассказали, что строго в условленное время Посланник приходил в Храм Судьбы, проверял и принимал товар, оплачивал работу и выдавал новые задания.
Его лицо всегда скрывала белоснежная маска, а фигуру — просторный плащ. Он никогда не разговаривал и ничего не передавал из рук в руки. Все задания писал на свитках, превращающихся в пепел сразу после прочтения, а оплату оставлял на столе.
В общем, ничего конкретного Хуан так и не выяснил.
