Как укротить злодея

 — Нет! — решительно заявила я, уловив в синих глазах растерянность, а за ней и злость. Мой ответ магу не понравился.— А чего хорошего, когда на тебя пытаются воздействовать?

 — Мари, — пальцы мужчины впились в мой подбородок так, что стало больно, и я поморщилась.

 Элиот ослабил хватку, но не отпустил. Слегка прикоснулся губами к моим губам, словно извиняясь. А у меня после этого манёвра сердце замерло, боясь сделать удар. Я и сама застыла, ощущая, как тепло распространяется по всему телу. Отчаянно захотелось закинуть руки на шею упрямому магу, запустить пальцы в его непослушные волосы, а затем…

 — Мари, — чуть хрипло повторил лорд, слегка отстранившись.

Я видела, Элиот боролся с собой, и даже стало жаль, что его сила воли такая упёртая. — То, что едва не случилось, это не результат воздействия.

 — Неужели? — Сглотнула, ощутив, как горло предательски перехватило. — А как же допрос? Считаете, что я ничего не помню?

 — Ты не знаешь, что такое настоящий допрос,— упрямо и слегка отстранённо отозвался маг.

Даже задуматься не успела, о чем он. Лорд не дал. — И я сделаю всё, чтобы никогда не узнала.

 О чём речь, я поняла сразу. И даже не буду, не буду воображать о том, что Риллан мог догадаться о тайне одной попаданки. Девчонки вряд ли проболтались, а по поведению слуг тоже ничего не заметно. Значит, всё на уровне чутья. Где там герцог служил, в разведке?

 — Но это не отменяет того, что произошло, лорд …

 — Элиот, — перебил меня маг.  В его голосе снова проявились бархатные нотки, от которых так сладко замирало все в груди.

— Для тебя я Элиот. Повтори…

 Синева бездонных глаз покоряла, увлекая за собой и обещая удовольствие. Я хотела расслабиться и отдаться все возрастающему чувству, настроению. Герцог мужчина видный, но красивые лица для меня давно имеют своё значение — они слишком притягательны для других женщин, а значит, маг избалован вниманием. Хотя…А почему бы не отпустить себя на немного. Хотя бы на минуточку.

 И я поддалась порыву, раскрылась рвущемуся желанию, закинула руки на шею Риллана, коснувшись подушечками пальцем его горячей кожи.

Маг вздрогнул и двинулся навстречу. Язык у лорда такой же наглый, как и он сам. Раздвинул мои губы, проник внутрь. Хотела прикусить кончик, но как-то все закружилось…Не минута, не две и не пять. Я даже не знаю, сколько времени мы целовались. Как два сумасшедших подростка, которые вдруг обнаружили, что целоваться, это здорово.

 — Мари, милая, прости меня,— прошептал Элиот, едва мы перевели дыхание.