— Потянулась на кровати, с удивлением посмотрев на цифровые часы в коммуникаторе.
Ашенторн в свежем, подчёркивающем мускулатуру костюме стоял в дверях. Ревниво осмотрела его с ног до головы. Вроде ничего особенного — обыкновенные брюки и отглаженная рубашка в тон, — вот только слишком хорош собой. Или это за непродолжительное время я успела в него так сильно влюбиться?
— Прости, что разбудил. Зашёл сообщить, что «Интергалактик» уже сел в терминал «Ф». Если хочешь, можешь погулять по Маркетхоллу, пока мы с ребятами будем заниматься делами.
Я попросил Ройни и Вьятта охранять тебя на случай… Ванесса, у тебя что, кровь?
Села, пытаясь сообразить, о чём говорит мужчина. Со сна у меня голова всегда тяжело включалась, это даже как-то док в команде Эдмонда отметила. Маркетхолл? Охрана? Кровь? Тем временем Ашенторн стремительно пересёк пространство каюты, сел на край кровати и бережно взял мою ладонь.
— Как это случилось? Где ты порезалась? — требовательно спросил капитан, между делом нежно прикасаясь языком к ране.
По телу пронеслась толпа приятных мурашек.
— Это всего лишь царапина, — отмахнулась, но продолжила наслаждаться прикосновениями Ашенторна, от которых внизу живота медленно рождалась тёплая тугая волна. — Оушен отловил для меня нескольких акитту, я их кормила.
— Зачем? — удивлённо спросил мужчина и тут же добавил: — И да, кстати, ты действительно простила Оушена?
Улыбнулась, затем кивнула.
— Простила и попросила остаться на «Интергалактике».
— Почему?
— Потому что считаю ваши законы варварскими.
Оушен и так уже наказан больше некуда. Ему теперь нельзя носить длинные волосы, что для него очень важно, и как минимум половину кредитов забрала стая.
— Но он же напугал тебя! Пытался принудить! Он признался, что использовал сушёные цветы с Ларка в качестве афродизиака! Их разрешено использовать исключительно при…
— Ашенторн, я всё знаю, — перебила, даже не слушая. — А ещё знаю, что он пошёл на всё это исключительно потому, что считал, что защищает тебя.
— Взяла ларка за руку и посмотрела в пронзительные фиалковые глаза. — Он любит тебя, и это главное. Ты и экипаж — его семья. Не те, кто считаются стаей и остались на Ларке, а именно ты и ребята, потому что именно вы были рядом с ним все эти годы. Вы вместе охотились на Тиксе, вызволяли Вьятта и Хардена из плена контрабандистов. Летали в соседнюю галактику за зёрнами хищных растений, где остались без единой пары целых штанов.
